— Поздравляю, — сказал в общем канале голос Вальтрена: сегодня была его командирская смена, я опять пролетал мимо командирской рубки в самый интересный момент. Утешало меня то, что и Аркадий пролетал тоже. — Первая фотография другой планеты получена! Даже несколько. В том числе удалось заснять участок звездного неба. Также проведена экспресс-проба атмосферы. Семьдесят семь процентов азота, двадцать один — кислорода, остальное не расшифровано. Сила тяжести одна целая ноль два процента от терранской. Температура воздуха плюс пятнадцать градусов от замерзания воды. Возвращаемся к Киту.
Общий канал разразился воплями и поздравлениями: как же, терраподобная планета! Я же вздохнул с облегчением из-за последних слов: разлука с Меланиппой откладывалась. А вот эмоциональный фон Ксантиппы оказался сложнее: наряду с облегчением в нем сквозило нешуточное разочарование! Моя отважная исследовательница действительно, без дураков хотела опуститься на другую планету, чтобы изучать ее, даже если это означало серьезнейшие риски!
Впрочем, не будь в ней изрядной авантюрной жилки, она бы в принципе не отправилась в экспедицию. Да и со мной бы не связалась, если на то пошло… Нет, даже не так: она бы с самого начала не ответила на призыв Рины, собирающей свою команду героинь!
«М-да, — подумал я, — вот будет забавно, если мы сейчас не успеем вернуться на Кита!»
Мы успели.
Во время традиционного вечернего концерта в тот день настроение было примерно таким же, как и у Ксантиппы. С одной стороны, большинство из нас соглашались на экспедицию в основном с мыслью живьем посмотреть на Древних магов — а кое-кто и напрямую хотел надрать задницы авторам Проклятья, хотя эти настроения мы сходу пресекали, а совсем уж агрессивно настроенных с собой не брали. Остаться же исследовать Вторую означало точно не попасть в Убежище Древних…
С другой стороны, другая планета — это другая планета!
Сделанные дроном фотографии давно были распечатаны и разошлись по рукам, над ними уже заспорили до хрипоты. У дрона, разумеется, имелась возможность фотографировать в инфракрасном диапазоне, поэтому он довольно четко заснял горную страну (действительно, появился над горами!), засыпанный галькой склон, снежные вершины и какую-то растительность ниже. Или не растительность. Может быть, это было нечто другое, просто более темное, чем горы.
Звездное небо тоже вызвало споры. По сфотографированному фрагменту ничего нельзя было понять, знакомых рисунков созвездий на нем не было. Но нашлись умельцы, уже объявившие, что Вторая находится как минимум в другой Галактике, а то и в другом скоплении Галактик — и готовые с пеной у рта отстаивать свою точку зрения.
Ксантиппа считала, что данных для вывода мало, и я вместе с ней.
У меня имелась другая забота.
После первого коллективного танца степняков я упал на импровизированную скамейку из ящиков рядом с Аркадием и спросил:
— Кстати, архистратиг. Как вы планируете внести Вторую в бортовой журнал? Именно в качестве Второй планеты?
Он с юмором поглядел на меня.
— Хотите выполнить обещание, данное младшему братишке?
— Уже знаете? Ну-ка, и кто сдал Кешу? Варда или сразу Лёшка?
— Ни тот ни другой. Если Лёшка что-то брату и рассказал насчет просьбы своего друга, тот не сплетничал, — фыркнул Аркадий. — Ксюша рассказала Леониде, а она уже мне… Странное, правда, обещание вы ему дали!
— Вообще не давал, — открестился я. — Пообещал только, что ознакомлю командира экспедиции с его доводами. А там уже…
— Что ж, поскольку этот юный прохвост заранее озаботился аргументацией, почему имя «Афина» подходит, не вижу, почему нет. У меня, как у командира экспедиции, действительно есть такое право, — кивнул Аркадий. — Если Меланиппа не возражает — по сути, ведь именно она «открыла» эту планету.
— Не возражает, — качнул я головой.
— Тогда у меня вопрос… И уже в личном качестве, — сказал Аркадий. Как всегда, у него даже тембр голоса немного изменился, когда он перешел с режима «командир» в режим «друг». — Я так понял, Лёшка тоже тебе тоже какой-то гостинец заказал? Ну, догадываюсь. Можешь сказать мне, какой? Или это секрет?
Я помотал головой.
— Да какой там секрет. Он заказал, цитирую дословно, «привези папу домой живым! Он у меня стремный, конечно, но уж какой есть».
Аркадий помолчал немного.
— Даже не знаю, смеяться или закатывать глаза, — вздохнул он. — Восемь лет — это как-то рановато для пубертата, ты не находишь?
— По-разному бывает, — пожал я плечами. — Ему просто не нравятся твои шуточки. И то, что ты больше внимания уделяешь Варде и Афине, чем ему — ну, с его точки зрения. Ничего, он еще тебя оценит, дай время.
— Когда ты успел стать умудренным аксакалом в этом вопросе… — пробормотал Аркадий.
— Тогда же, когда и директором школы, — я хлопнул его по плечу. — А тебе не повезло, общался только с маленькими взрослыми, вроде меня. Или того же Варды. А Лёшка, конечно, хоть и умный мальчик, местами даже слишком, но куда менее осознанный.
