Последнее, что я запомнила тем утром: опустевшее русло, полностью лишенное воды, и боевые маги, что создают щиты на берегу. Их крики:
– Опустись на колени.
Они обращаются ко мне? Или нет?..
Впрочем, ноги всё равно на держали, и я рухнула на выставленные ладони.
– Назови своё имя, колдунья!
Кажется, всё-таки ко мне.
– Ольга Трозз, – громко, выбивая каждую букву. – Только я никакая не колдунья.
Допрос длился несколько часов. Сменялись инспекторы, от нейтральных вопросов переходили к угрозам. Никто не рисковал прибегнуть к пыткам – пока что, – ибо фамилию Трозз в городе знали и уважали. Но я прекрасно понимала: гильдия правосудия добьется желаемого, любыми методами.
Они не верили моей сшитой белыми нитками лжи. Не знаю, как оказалась в реке. Не представляю, что произошло. Не ведаю, что за диадема венчала мою голову.
Чем занималась последний год? Путешествовала. Кто может подтвердить? Никто, ибо я нигде не останавливалась надолго.
Вранье давалось мне легко – до тех пор, пока не применят чары или физическую силу, я смогу обманывать, глядя прямо в глаза.
Что с Греггом? Что с мертвой королевой и Марком?..
Но потом в комнату для допросов зашел низкорослый плотный мужчина, единственной яркой деталью во внешности которого была алый точно кровь шейный платок. В остальном же он был бледнолиц и совершенно не выделялся, даже ресницы, и те, казались белесыми, как и волосы. Мужчина сделал знак инспектору, и тот застыл по струнке.
– Оставьте меня с мисс Трозз, – проскрежетал он голосом сиплым, тихим, едва различимым.
Инспектор кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Мы остались наедине. Пустая комната, лишенная даже стола. Два стула, для допрашиваемого и инспектора.
– Меня зовут магистр Хилл, дитя, – улыбнулся мне человек. – Возможно, ты слышала обо мне?
– Слышала, – ответила я. – Мой отец говорил, что нет страшнее человека, чем Эдвард Хилл, и что методы, которыми вы достигаете желаемого, ужасны.
Один из верховных боевых магов, правая рука короля, которому дозволялось слишком многое и который не терпел полумер. Я знала его и боялась уже по рассказам папы.
– Твой отец был мудрым человеком, – расхохотался мужчина. – Итак, не поделишься ли ты со мной, как пропавшая из Хорхелла диадема обнаружилась у тебя на голове?
Он попытался коснуться моих волос, но я отдернулась. Магические путы не связывали тело, но замедляли реакцию. Я понимала, что не смогу встать и убежать, ноги попросту откажут, если попытаюсь подняться с жесткого стула.
– Я устала объяснять, что не понимаю ничего…
– Хватит! – резко перебил магистр Хилл. – Достаточно лжи. Ты всё мне расскажешь добровольно. Я не привык просить дважды.
Он накрыл своей шершавой, неприятной на ощупь ладонью мою руку, и я почувствовала, как под кожей пробегают искры. А потом… в венах начала закипать кровь. Боль была невозможной. Мне хотелось разодрать кожу. Вырвать каждую артерию. Прекратить эту адскую муку.
Я не могла даже кричать, лишь взвыла.
Всё прекратилось спустя мгновение.
– Ну, что? Повторим? – подмигнул магистр, поглаживая моё запястье.
– Я ничего не знаю, – заплетающимися губами.
– Врешь, – вздохнул Эдвард Хилл, вновь пуская жар по моим венам.
– Хватит!..
– Успокойся, дитя.
Мои ногти точно выдирало с мясом. Сухожилия плавились, ломались кости. Всё это лишь жуткая, запрещенная магия, применяемая магистром, но оно казалось невыносимо реальным.
– Итак… – магистр Хилл коснулся моей щеки так, словно собирался приласкать.
Внезапно дверь открылась. Даже не так. Она не просто открылась, а бабахнула об стену. Женщина, что вошла внутрь, была взбешена до предела. Одетая в пышное платье, с высокой прической, из которой выпадали две завитые пряди, она застыла в проходе, уперла руки в бока.
Мама!
– Кого я вижу? – неискренне изумился магистр. – Сама вдова Инварра Трозза решила почтить нас своим визитом. К сожалению, мы с твоей дочерью заняты увлекательной беседой. Зайди как-нибудь позже, договорились?
– Немедленно отпусти её, Эдвард. У меня разрешение короля, – прошипела матушка, пихая магистру Хиллу под нос бумагу с размашистой подписью понизу.
– Как ты его раздобыла? – зло спросил мужчина, сжимая кулаки.
– Король – мой давний знакомый, если ты не знал, и пока он жив, моя дочь под его защитой. Она не сделала ничего запрещенного, а потому не заслуживает пыток.
– Она высвободила магию дикой силы!
– Послушай себя, Эдвард, – мама цокнула языком и подошла ко мне, положила ладонь мне на плечо. – Моя дочка не обладает способностью к магии. Была рада тебя увидеть, но мы опаздываем.
Ноздри магистра Хилла опасно раздувались, но он не мог воспротивиться королевскому слову. Щелчок пальцами, и с меня спали затормаживающие путы. Наконец-то смогу вдохнуть полной грудью!
В молчании мы прошли по коридорам гильдии правосудия, вышли в город.
– Мама… – позвала я, чтобы отблагодарить её за помощь и извиниться за то, что из-за меня ей пришлось идти к самому королю.
– Поговорим позже, Ольга, – жестко ответила она, садясь в повозку с гербом нашего дома на дверце. – Думаю, ты многое захочешь мне рассказать.
