Кто-то мне ответил тем же, кто-то недовольно буркнул под нос (Тсиишчили и Даниэль), кто-то расплылся в дружелюбной улыбке (Кыгит и Кора), но нашлись и такие, кто вообще промолчал, удовлетворившись лишь надменным кивком (Юстас). Мы с учителем сели на свободные места рядом с Амизи и Оливером. Норвежский страж границ чуть прильнул ко мне и спросил, как сейчас у нас дела в России, и сказал, что вроде слышал он, якобы, мы президента сменили. Я ответил, что к власти пришел новый человек по имени Владимир Путин, прошлое которого многим кажется неоднозначным. Он поинтересовался еще о некоторых малозначащих вещах, но я сказал, что политикой не интересуюсь, и он быстро отстал.
Яков Всеволодович завел беседу с Чжи и Эмили. Краем уха я уловил, что они обсуждали недавнее появление Темных. Сейчас это стало самой острой проблемой нашего мира. Дремоавцы за последние два года посетили Землю больше дюжины раз. Но чего они добиваются — пока никто понять не может. Сей печальный факт, безусловно, тревожит всех, но в особенности — моего наставника.
Прозвучало длинный гудок, и гул в огромном помещении стал заметно стихать. Все как по команде уселись на свои места. Я тоже последовал всеобщему примеру. Через несколько секунд гудок прозвучал снова, и передо мной возник полупрозрачный экран, как в каком-нибудь фантастическом кино.
С полминуты ничего не происходило, но потом на экране появилось изображение: высокий тип с темно-синей вытянутой головой, похожей на торпеду. Облачен в желтую с красными полосками мантию. Секунд десять он хранил молчание, будто дожидаясь чего-то, но потом резко заговорил.
— Друзья мои, разрешите поприветствовать вас на очередном межмировом совете Консульства Хранителей Миров. Мое имя — Иркен. Сегодня я буду вашим конферансье. — Он говорил на межмировом, поэтому последнее слово, согласно его приблизительному смыслу, я перевел как «конферансье». — Вы прибыли к нам издалека, и у каждого из вас несомненно есть вопросы к советникам. Но не торопитесь. Сначала я представлю вам наших покровителей. — Он демонстративно поклонился и отошел в сторону.
Изображение на экране мелькнуло, и появился другой альтаранин — выше предыдущего на две головы, плечистый и настолько синий, что казался почти черным. Взгляд его холодных голубых глаз был устремлен вперед, но чудилось, будто он смотрел именно на меня. Одет в длиннополую мантию, окрашенную в фиолетово-сине-голубые тона. Наставник говорил, что эти три цвета на Альтараксе символизируют власть, достоинство и могущество.
— Лорд Агер. Верховный советник Консульства Хранителей Миров, — проскандировал конферансье.
Лорд Агер? Неужели это и есть гроза всех стражей границ? На вид обычный пожилой альтаранин (у жителей Альтаракса возраст определяется по цвету кожи — чем темнее, тем старше). Я даже немного разочаровался. Хотя чего я ожидал? Трехглавого дракона?
Лорд Агер постоял три секунды, а потом шагнул в сторону. За ним появился еще один альтаранин — ниже и толще, да и голова не такая вытянутая. И сразу голос Иркена:
— Лорд Морон. Второй советник Консульства Хранителей Миров.
Толстяк на псевдосцене долго не задержался, его сменил другой альтаранин.
— Лорд Орт. Третий советник Консульства Хранителей Миров, — представил его конферансье.
Потом последовал четвертый, пятый, шестой и так далее вплоть до восемьдесят восьмого. Всего в совете я насчитал семерых альтаран, тридцать шесть людей (или похожих на них существ), трех ящероподбных созданий, одного лысого четырехрукого гиганта, пятерых бородатых карликов и двоих похожих на кошек гуманоидов. Остальных классифицировать не стал, ибо слишком уж фантастичным оказался их облик.
Советники сухо поприветствовали стражей границ и уселись каждый в свое кресло, что кругом опоясывали огромный медленновращающийся экран.
Первым заговорил лорд Агер — голос его был твердым как камень, он словно не говорил, а кидался булыжниками. Смысл его речи я улавливал хорошо: что-то про развивающиеся миры, про стремительно падающий уровень угрозы, исходящий от диких вселенных, о принятии в Консульство ряда новых, недавно заявивших о себе миров и так далее. При этом вид у него был такой, будто его оторвали от чего-то более важного и заставили прийти сюда. Потом выступил второй советник, за ним — третий, четвертый и дальше по списку. Каждый выдавал короткий но утомительный доклад, касающийся целого ряда вселенных или отдельно взятого мира. Где-то на докладчике двадцать пятом меня начало клонить в сон.
