— Но ты можешь делиться со мной. Понимаешь… даже если я ничего не смыслю в интригах, иногда вместе поназывать сволочей сволочами тоже помогает, — Янис потерся щекой о рубашку. Змейки лизнули руку крохотными языками.
Второй рукой Рил подтянул его выше, поцеловал, бережно прижимая, будто горгона вдруг стал хрупким-хрупким, шепнул коротко:
— Спасибо.
========== Эпилог ==========
Янис отчаянно волновался. Нет, он не ерзал на месте, не теребил завязки принесенного с собой круглого свертка — что внутри, он не признался даже Рилонару, — и даже змейки мирно лежали в аккуратной косе, не пытаясь переплестись каждые пять минут. Но чересчур серьезное выражение лица и слишком размеренное дыхание выдавали: Янис вытряс из матери трансовую технику и сейчас использовал ее облегченный вариант.
Что ни говори, а драконы, вампиры и всяческие чудовища пугали горгону гораздо меньше, чем предстоящее знакомство с родителями Рилонара.
Уютный дворик — скорее крытая веранда с густо оплетенными темным плющом стенами и крышей — вроде бы настраивал на мирный лад. Рилонар опять учел все, выбирая этот крохотный, затерянный на задворках города ресторанчик. Приглушенный свет не резал глаза, но в то же время был приятен. Просто тень от листвы, изменчивая и подвижная. Неяркая зелень плюща была живой, а шершавый камень стены, натуральный, необработанный, — холодным и настоящим, не то что прессованные плиты. Здесь должно было быть уютно всем: и темному, и светлой.
Они появились как-то незаметно. Раз — и уже стоят на пороге, разглядывают сидящих за столиком. Ровно четыре места, расположенных по кругу, чтобы всем было удобно. И в то же время два пустых еще — чуть иные, неясно чем, но отличающиеся. Тем, наверное, что, сидя с этой стороны, было удобней рассматривать сидящих напротив.
— Доброго дня, — поздоровался за двоих отец Рилонара, под руку подводя супругу к свободному месту. Приветствие было самым нейтральным, какое только могло быть — без указаний на род, вид и деятельность собеседников.
— Доброго, — то ли кивнул, то ли склонил голову в коротком поклоне Рил.
— Теплого мрака, — Янис встал, коротко поклонился, словно кадет. — Нежного света, — второй поклон вышел по-змеиному гибким.
Эльфийка была обворожительна, но поцеловать ей руку Янис не решился. Как-то показалось это слишком… фамильярным.
Приятно удивились все трое эльфов — теплое недоумение Рила Янис ощутил всем телом. Это не было традиционными приветствиями, скорее чем-то сборным, подобранным соответственно этикету. Родители Рилонара глядели тоже тепло — Янис уже немного натренировался на своем эльфе и чувствовал это за сдержанной вежливостью. Чувствовал он и их любопытство или, скорее, угадывал его. В повороте головы матери, в чуть прищуренных глазах отца.
Они странно смотрелись вместе, странно и гармонично.
Она надела легкое белое платье, а в золотистых волосах таинственно поблескивал малахитовый цветок — Янис с ужасом и гордостью узнал одну из своих первых работ. Эльфийка была вся какая-то воздушная, светлая, не от мира сего — и в тоже время в этот мир вросшая до самой его сути, глядящая с почти что жутким пониманием.
Он был затянут во что-то темное, не то в кожаный доспех — будто и не жил в цивилизованном мире, — не то в какую-то имитацию. Но кинжал у пояса был самый настоящий, и Янис смутно догадывался, что на виду вовсе не оружие, так, для отвода глаз. Точно так же, как длинные белые волосы, стянутые в легкомысленную на первый взгляд косу — но на конце был закреплен небольшой грузик, явно боевой.
Янис смотрел на них и каким-то глубинным пониманием чувствовал, что их ребенком мог быть только Рилонар. Сливший, сплавивший черты обоих настолько гармонично, что нельзя было толком сказать, что именно он взял от матери, а что от отца. Дело было даже не в том сходстве, которое легко прослеживалось, стоило присмотреться чуть внимательнее. Просто пару эльфов буквально окутывала некая аура единения. Раз увидев их вдвоем, было невозможно представить рядом с каждым из них кого-то другого.
И теперь Янис, пожалуй, понимал, почему именно родители выбор Рилонара не осуждали. Не потому, что он был их сыном, просто им в свое время тоже пришлось стоять против всех. Но — выстояли, преодолели. И это было достойно уважения.
А еще Янис был им искренне благодарен.
Да, многое из того, что для эльфов было нормой, самого горгону могло шокировать, удивить, огорчить… но Рилонар был именно эльфом, и… Янис не хотел бы, чтобы он был другим.
Пару раз глубоко вдохнув — для смелости, — горгона осторожно поставил на столик тот самый круглый сверток. Зеленоватый лен, аккуратно перехваченный серой шелковой лентой, скрывал, как верно подозревал Рил, очередное творение Яниса. Но что в этот раз мог сделать горгона, угадать не удавалось.
— Я хотел бы сказать вам спасибо, — Янис вскинул голову, почти дерзко скрещивая взгляды с темным. — За Рилонара, за то, что он ваш сын, и за то, что он такой, как есть.
