— Потому что, если случится очередной катаклизм мы не бросим ученых или докторов на волны излучения, пытаясь закрыть ими других людей. А энергия Рун единственная наша защита. Если их разбазаривать на научные центры и лазареты, то что будет, если вдруг Источник опять начнет нас уничтожать? Повторится эпоха Скорби?
— Разве Карьер возведен не для этого? Зоны отчуждения? Сколько еще защиты нужно? Источник — величайшее достижение нашего мира. Он дал людям шанс на новую жизнь. Тогда почему мы его так до сих пор боимся? Почему он на самом деле продолжает убивать? Почему об этом не говорят напрямую?
Георгий прервал свою пламенную речь, тяжело выдохнул.
— Выговорился? — сухо спросил Арсенин, стараясь не разжечь в собеседнике дальнейшего желания дискутировать на подобные темы.
Но на Георгия это простое замечание произвело обратный эффект.
— К тому же разве Руны используют лишь на защитные установки? Сколько процентов этих самых платформ из защитных превратились в боевые? ВИРСы, эрдэшки, все последние достижения оружейников строятся только на использовании Рун. Чего только стоят системы, генерирующие излучение похожее на энергию Источника. Это то, что больше всего нужно людям? Правда?!
Олег поставил пустой стакан на стол, крутя его в пальцах.
— Ты понимаешь, что ты несешь? — тихо произнес он. — Если тебя кто услышит, как минимум лишишься погон, а может и не только. Я не знаю, что у тебя в голове, Грон, и честно скажу, не хотел бы быть на твоем месте, чтобы понять, но выкинь всю эту чушь. Ты и Олька твоя молодые еще совсем и у вас все впереди.
Лицо собеседника исказила злость. Он жестко опустил чашку на блюдце. Тонкое стекло обиженно звякнуло. Губы дрогнули, чтобы ответить, но он сдержался. Георгий опустил глаза на часы, резко поднялся.
— Спасибо, что рассказал новости, — и не глядя больше на друга, вышел из кафе.
Своего напарника недавнего выпускника спецучилища лейтенанта со вторым уровнем, Георгий встретил рано утром в Управлении, после чего они, сев в служебную аэрокапсулу, полетели в сторону пустыни Нохар-Аг.
Лейтенант с восторгом смотрел на него и Гронский легко чувствовал его почти неприкрытые радость, ожидание, нетерпение. Первый рейд — событие значимое для любого стража. Как билет в новую жизнь. Некий обряд, знаменующий переход на новый уровень. Трамплин для прыжка в пока еще закрытое будущее, но ради которого приходилось пахать прошедшие шесть лет.
У Георгия тоже когда-то был первый рейд и были похожие чувства. Он их хорошо помнил. Правда не успел насладиться радостью нового бытия, когда оказался на границе с Оркли, участвуя в боевой спецоперации по усмирению кочевников. После чего любые рейды воспринимались спокойно и больше не вызывали эмоций.
Но паренька Георгий хорошо понимал и будь у него другое настроение обязательно бы ответил на все вопросы, от которых того вот-вот должно было разорвать. Но сейчас полковнику было не до чужих восторгов. На душе еще оставался осадок от разговора с Арсениным. Ольга с утра сообщила, что выписка сына в очередной раз откладывается. И конечно же не выходила их головы его поездка в Макку. Допрос бородача, нежданная любовь Архипова, его проявившиеся новые умения. Будущее, которое уже очень много лет было более чем определенным, вдруг стало туманным, потерявшим свои привычные очертания.
Через несколько часов они долетели до зоны отчуждения на границы Адентона и Нохар-Аг и пересели в микроавтобус, где их уже ждали сверские стражи.
— Приветствую коллег, — весело произнесла капитан Астли. Высокая, крепкая, с крупными чертами лица и внимательными карими глазами. В Стражу редко, когда принимали женщин, но Сабрина была одной из тех, кто смогла сделать себе карьеру на этом поприще. Наделенная, как физической силой, так и силой своих Искр она не уступала в профессионализме своим коллегам мужского пола и вряд ли кто из ее напарников считал недостойным или опасным быть с ней в рейде.
— Рад тебя снова видеть, Сабрина, — Георгий хлопнул по подставленной ладони. Он с капитаном Астли часто пересекался по службе, и если не друзьями, то хорошими приятелями они точно были.
Вторым свером был майор Итон Барнис, с которым Георгий тоже был лично знаком, хотя и не так хорошо, как с Астли.
— Мой напарник, лейтенант Михаил Илийский, выпускник дранкурского спецучилища. Первый рейд.
— Добро пожаловать, коллега! — стражи по очереди поприветствовали новенького.
И когда все расселись по своим местам, Георгий согласно инструкции, поднял металлическую перегородку, отделяя место водителя от основного салона и закрыл окна, превращая микроавтобус в наподобие закрытого бункера, полностью обшитого особым металлом с напылением, задерживающим излучение энергии Источника. Сабрина взяла пульт, лежащий рядом с ней и включила освещение и кондиционер.
— Как дела, ребята? — легко спросила капитан, всегда легкая и позитивная в общении.
— Дранкурец, ты что такой хмурый? Не выспался? — поддел его Итон.
