— Тогда объясните мне, Виктор Григорьевич, почему те, кто затеял все это, были уверены, что исполнительный, ответственный, верный своей службе полковник Стражи, для которого долг и честь офицера не являются пустыми словами просто не сдаст Руны в Управление, как только их обнаружит? Тогда бы цепочка оборвалась и не было бы никакого иноагента и заговора против родины.
Малешский легко пожал плечами.
— Потому что за несколько дней до этих событий в жизни Георгия появился Еларин, который смог вложить издерганному и отчаявшемуся отцу, что есть способ спасти жизнь его умирающему сыну. И для этого нужны именно Руны. А то как Гронский переживал и искал способы предотвратить трагедию ни для кого из его окружения уже не было секретом. То есть те самые недостающие составляющие уравнения, о которых наш клиент просто не мог знать.
— По вашим раскладам получается, что Гронский не преступник, а жертва. И для него возможен даже оправдательный приговор?
Адвокат с досадой зацокал языком.
— Это всего лишь, как ты выразился, мои расклады. И на каждый пункт у меня пока нет ни одного весомого доказательства. Но картина в голове у меня сложилась, и я считаю, что не ошибаюсь. На завтра я пригласил Мэта, хочу запустить его по следам этого самого Еларина. Нужно выяснить, кто он на самом деле такой и откуда такой ученый взялся. Ты, я надеюсь, сумел выяснить, кто тот парень, что встречался с лейтенантом Баженом до тебя?
— После разговора с миссис Бажен я поехал в то кафе, в котором они общались. Представился столичным следователем, который ведет дело о суперзлостном мошеннике, и администратор кафе любезно предоставила мне записи с видео камер, сделанных в тот день. Теперь у меня есть фотографии и в скором времени я предоставлю вам информацию.
Малешский кивнул, и Александр, поняв, что их разговор окончен, покинул кабинет шефа. Оставшись один, адвокат погрузился в свои мысли, прерванные появлением помощника. В этом странном уравнении сколько бы он его не решал постоянно появляются новые переменные.
Как только ему кажется, что он нашел ключ к ответам, за открытой дверью — лишь новые вопросы. На данном же этапе ему ясно лишь одно, что Гронский не нечаянная жертва, не случайно попавшийся под руку козел отпущения, которого положили на алтарь великой цели. Охота ведется именно на него. Его упорно загоняют в клетку, закрывая раз за разом новыми дверьми, ключ к которым он сможет найти, только когда ответит на один единственный вопрос.
Почему именно Гронский?
Глава 25
— Гронский, вчера мне пришло заключение с твоего последнего обследования, — начальник учебной части сидел за своим столом, держа в руках какой-то документ.
Георгий, как положено уставом вытянулся перед ним за несколько шагов, ожидая продолжения.
— У тебя начал меняться рисунок Искры. Самое большое через полгода, к началу следующего учебного года, у тебя будет полноценный третий уровень.
Курсант хоть и опешил от подобного заявления, но не мог не почувствовать, как по губам начинает расползаться довольная улыбка.
— Уникум ты наш, — Думчев поднял на него изучающий взгляд, — что с тобой теперь делать? Ты еще до лейтенанта не доучился, а уже капитанские погоны положены. Даже шустряки вроде тебя что Максимов, что Архипов или Зотский, имеющие восьмой в неполные пятьдесят, училище заканчивали, как все нормальные люди, не создавая лишних проблем.
— Я не специально, — отрапортовал Георгий, опуская глаза в пол, чтобы меньше светить довольной физиономией.
Думчев едва заметно покачал головой.
— Через неделю едешь в Дранкурское Управление на стажировку. Мне уже подтвердили запрос о твоем временном зачислении в их штат.
В этот раз курсант не смог сдержать своих эмоций и вскинул ошарашенный взгляд на старшего.
— Месяц, — слегка улыбнувшись продолжил тот, — тебе надо начинать подтягивать практические навыки. С тройкой уже нельзя просто торчать в учебке. Если постараешься и сумеешь им понравиться, с твоим распределением вопросов не будет.
— Есть! — Георгий вытянулся еще сильнее. — Спасибо, Юрий Сергеевич!
— Свободен.
Служить в Дранкурском Управлении, несмотря на то, что в рейтинге оно уступало Центральному было стремлением многих начинающих Стражей. Гронский же мечтал об этом с самых юных лет, с тех пор как осознал свой потенциал и источник своей Искры.
Георгий шел по тротуару, наслаждаясь проснувшейся весной. В воздухе витали сладкие запахи, распускающихся цветов и буйствующей зелени. Уже по-летнему теплое солнце ощутимо пригревало спину и затылок. Он мог позволить себе не спешить, с каждым шагом растягивая удовольствие от встречи с родными улицами.
Георгий любил Дранкур. Этого гиганта, сотворенного из стали и бетона. С небоскребами, уходящими в небо, торговыми центрами, с тротуарами, выложенными разноцветной брусчаткой, с дорогами с вечно спешащими, гудящими машинами. Ему нравился его шум, ритм, скорость, достижения и прогресс, вносящие в жизнь удобство и комфорт.
— Добрый день! — совсем юная девушка с копной темно-каштановых волос. — Вы мне не поможете? Я никак не могу найти этот переулок.
