Лицо Эрвина была было красным от ярости. Особенно в отблеске факела, который он держал в своей правой руке. Капитан ожидал нас в том самом закутке, где мы и Вилль оставили лошадей. Он был один, остальные, в том числе и Ласс, уже уехали. Капитан же дожидался нас. Только вот он никак не ожидал, что ему принесут такие вести.
– Как это вы их потеряли? – в очередной раз прошипел он сквозь крепко стиснутые зубы, так чтобы не сорваться на крик и не привлечь внимание всей округи. – Идиоты, ну как можно было их упустить?
– Так темно же, – Стагон пожал плечами, изобразив глупую мину на лице. По нашему уговору разговаривал он, я же практически всегда молчал.
– Тем более, здесь так все тесно понастроили, что хрен разберешься во всех этих улочках, проулках и переулках, – невозмутимо продолжил он. – Вот он был, а вот его и нет. Мы все обыскали. И ничего. Ни Вилля, ни того парня.
– Идиоты. Кретины. Тупицы, – разразился проклятиями Эрвин. – Да еще этот полудурок Вилль со своими сраными играми в кошки-мышки. Тупой дегенерат, решившийся позабавиться. Ладно, хрен с ним. Это его проблемы, вот пусть он их и решает.
– Мы можем еще его поискать, – предложил Стагон.
Мне захотелось его ударить. Глупее предложения я и представить не мог. К моему вящему счастью Эрвин придерживался того же мнения что и я.
– Нет! – резко ответил он. – Еще не хватало, чтобы вы, два полудурка, шастали здесь по кварталу светя своими рылами, пусть они и скрыты масками. Мы и так здесь задержались больше чем требовалось, надо уходить. Вилль справится сам. Он знает что делать.
– Что с его лошадью? – поинтересовался Стагон.
– Оставь ее здесь, – огрызнулся Эрвин. – Заберет сам, когда вернется. Хотя по-хорошему надо было заставить этого дурака идти пешком. По коням.
Мы выполнили команду, запрыгнув в седла. Капитан первым осторожно выехал на основную улицу, где было совершенно нападение. Не осталось никаких следов произошедшего, ни экипажа, ни мертвого тела. Разве только кровь кучера на мостовой, да и этого утверждать я не мог, так как из-за темноты ничего не было видно. Эрвин, убедившись, что нас никто не видит, пустил своего коня рысцой, а затем, достигнув конца улицы, галопом. Мы последовали за ним.
Как оказалось, направились мы не в Верхний квартал, а обратно в «Золотого гуся». Там у конюшни нас встретил Стоун. Он забрал у нас лошадей сказав, что Ласс уже ужинает наверху. Кимбол, по всей видимости, был там же. Эрвин, получивший от Стоуна короткий отчет о девушке и скрытом им экипаже, велел нам идти внутрь. Оказавшись в общей зале таверны, я отметил, что в ней было не так много народа как обычно бывает в это время суток. Но зато весь контингент состоял из спокойных и степенных людей в добротных одеждах, которые вели размеренные беседы, медленно поглощая принесенную им пищу. Я не заметил ни одного пьянчуги или дебошира, а двое не маленького размера ребят скучающим взглядом осматривали залу в поисках хоть какого-то мало-мальски захудалого нарушителя. Но в этой таверне, по всей видимости, для них практически не было работы.
Эрвин отправился к Лассу, забрав с собой Стоуна. Нам же Стагоном было велено охранять лестницу, ведущую наверх. Наемник облегченно вздохнул, радуясь тому, что нас оставили в общей зале и нам не придется смотреть на насыщающего свое брюхо Ласса. Правда здесь тоже было не отделаться от вида поглощающих еду посетителей и запахов, разносившихся по таверне. За ближайшим к лестнице столиком сидел худощавый лысеющий мужчина в темных цветов одежде и высоких сапогах с отворотами. Его собеседник толстый розовощекий человек с маленькими бегающими глазками на пухлом лице был каким-то дерганым. Он мерзко причмокивал, когда говорил и периодически заходился в тихом истеричном смехе. Я, так как делать было все равно нечего, прислушался к их разговору.
