Подул новый ветер, ветер, пропитанный кровью, гарью. Моя накидка развивается под его порывами. Улицы Порта горят, эхо смеха разносится по округе. Со мной рядом… Нолан, закрывший глаза, копит эссенцию. Шутница на корточках утирает кровь с топора. Близнецы встряхнули волосами, возвращают волчий признаки, тем самым показав скорпионий хвосты.
Досылаю патроны в барабан револьвера. Щелчок. Прокручиваю.
— Готовы? — взгляд на тюрьму.
— С тобой не соскучишься. — запрыгивает арлекинша на плечо одного из близнецов.
— Прежде чем мы пойдем в объятья нежизни. — кивает Нолан. — Господ… Нет. Сторож. — сглатывает слюну. — Я рад, что у нас есть Стражи, что вы те… Кто не говорит, а действует. И умереть за правильное дело. — улыбка. — Того стоит.
— Во имя… — зарычал первый брат.
— Баланса. — поддержал второй.
— Вперед. — делаю первый шаг, наступив на небольшую перегородку крыши. — Хотя… — лицо Кристи перед глазами. — Погнали. — спрыгиваю.
— Ха-ха-ха! — последовали остальные за мной.
— На кладбище и то приятнее. — переставляет ноги Кристи.
— Не шуми. — шикает Ло.
Девушки прошли через дыру, оказавшись на подземном уровне тюрьмы. Снаружи непреступная крепость выглядит как каменный прямоугольник, два подземных этажа, пять обычных. Тут слизской плоти в разы больше, чем в городе, казалось, все объекты, решетки, стены, пол, потолок, состоят из живой плоти. Шепот, нестихающая мантра, постоянно звучит в ушах.
Кристи и Лойда не могут этого объяснить, ведь не знают, что это демоническое наречие. Слова, буквы, которые не должны звучать на Черной земле.
— Где тела? — кривиться Ло.
— Шики же некромант? — проходят коридор. — Скорее всего, сейчас встретим. — вглядывается в очередную стену волчица, ей показалось, там промелькнуло лицо.
— Была бы я живой…
— Что? — смотрит на напарницу.
— Что? — не понимает Лойда. — Я молчала.
— Хм. — морщиться Кристи.
Еще несколько шагов вперед.
— Ты это к чему? — резко повернула голову кукла.
— Я ничего не говорила… — моргает. Думает. — Этот шепот… Играет с нами?
— Похоже на то. — встряхивает головой Ло. — Тут не должно быть пси-магов… — новый поворот. — Да и мой разум в безопас… — Лойда застыла. Она поняла, что теперь перед ней комната борделя. — Ох, мать твою… КРИСТИ! — смотрит по сторонам, не находя волчицы.
И тут дверь скрипнула, приоткрывшись.
— Что-то тут явно не то… — тем временем Альфа осознала себя в темной комнате. — Лойда? — тишина. — Зараза. — Ничего не остается, как идти вперед, в темноту.
Шики пребывает в спокойствии. Женщина искажена бездной, обнаженная её тело искривлено кровавой плотью. Не грудь, но гладкий панцирь, не волосы, но жгуты, на лбу красуются рога, из глаз и рта стекает мазут. Полу зашитый рот теперь избавлен от нитей, место них свежая корка густой крови. Она улыбается, обнажая клыки.
— О-о-о. Кто-то… Пришел ко мне в гости? — наклоняет голову, смотря на фигуру возле себя.
Оживленный мертвец. Бывшая ведьма с залитыми зеленым глазницами. Магесса разума, мастер допросов, даже в таком состояний не утратила способность колдовать. И сейчас вуаль иллюзий полностью накрыла тюрьму, став первой линией обороны.
— Втереть наших гостей. — идет Шики в трупную яму. — А я подготовлю еще один опыт. Хе-хе, какое же поле для науки! — смеется. — Интересно, кто пришел? Может, сам Джек решил заключить союз?
Шики не заметила, как пси-мертвец дернула головой. Ослабленная некро эссенцией, она чувствует, что в иллюзию зашла по истине сильная душа. Душа Альфы, и все, что осталось от естества мастер допросов, сконцентрировалось на ней.
Кристи, разминаясь на ходу, говорит сама с собой.
— Так. Спокойствие. — хлопает по щекам. — Мы через это уже проходили. — глубокий вдох, выдох. — Давай, волчица, папка смог, и я смогу. — рычит. — Па! Только никто не объяснил, как бороться с гипнозом! — призадумалась. — Интересно, а на яву я просто стою как вкопанная? Бр-р-р, жуть.
Впереди показалась арка. Просто арка посреди тьмы. Кристи обошла, посмотрела, повторила.
— Эм… — пожала плечами. — Ладно. — проходит.
Картина поменялась. Лес. Летний лес семейных угодий. Свежий воздух, щебет птиц, приятный запах листвы.
Около дерева стоит самый родной человек в её жизни.
— Папа! — мимолетная улыбка. — Так стоп. — нахмурилась.
Клиф злобно смотрит в ответ, указывает на неё кукольной рукой.
— Ты… — свиреп его голос. — Позоришь меня!
— Оу…
— Ты не сдержала общения, ты обманула меня! — сжимает зубы. — Мало того, что я воспитал лгунью, так еще и не умеющую держать язык за зубами!
— Да-а-а. Признаю, мне стыдно за это. — трет шею. Мотает головой. — Но знаешь, лжеотец. — приподнялись уголки губ. — Когда я увижу тебя настоящего, я расскажу ему о своем путешествии, расскажу всё. Этот мир куда больше, чем Клиф рассказывал, чем я могла себе представить. Хе. — цокает. — Но что я перед тобой расстилаюсь? — кривиться. — Чтобы папка нацепил свой протез для того, чтобы отругать меня? Пф-ф-ф. Слабовато! — готовиться дать бой.
Клиф встал в очень странную позу, не свойственную его технике боя, из боков показались призрачные руки, и теперь бог войны мог сражаться четырьмя руками.
