— Дорогая, ты на меня странно действуешь. Уже второй раз при нашей встрече предварительные переговоры берет на себя Милан. Если ты будешь так горячиться и дальше, то мне придется поселить его в королевском дворце в Медвежке, чтобы он подрабатывал переводчиком по дипломатическим вопросам семейной жизни.
— Я предпочту жить в Медвенке, Славочка. Там безопаснее. Кстати, дорогие мои, вы ехали через Полесье?
— Да, — подтвердила Валерия. — Знаешь, тебе просил передать привет Аввакум. Он очень любезно принимал нас и передавал приветы всем вам, а тебе особенно.
Милан автоматически потер грудь.
— Еще бы! Ежели он чуть не убил меня. Если бы не Вацлав… Ты думаешь, почему бы еще я терпел такую тиранию?
Этим утром Вацлав и Милан отправились встречать своих девочек, а я поехал во Дворец Приемов. В тот самый кабинет, где я работал двадцать лет. За исключением довольно частых разъездов по стране и редких отпусков на Адриатике, куда я любил ездить для поправки вконец расшатанного здоровья. Вообще я очень люблю море. Может быть, поэтому я так и загорелся при мысли о возможном морском путешествии?
Так, с этим надо погодить. Сейчас дела.
Я оставил экипаж на привычном, за столько-то лет, месте и взбежал по лестнице. В коридорах Дворца Приемов уже было полно народу. Я, как всегда, малость задержался. Никогда не умел приходить вовремя, ну что ты будешь делать! Когда-то в Луаре, которая тогда называлась Францией, жил король, утверждавший, что точность — вежливость королей. Я же этой добродетели лишен напрочь. Так что мне приходится проявлять вежливость во всех других областях жизни. Вацлав, кстати, более пунктуален. Забаловал он местных служащих, право же, забаловал.
Я прошел к своему кабинету. В приемной уже сидела Божена — моя помощница по общим вопросам, министр экономики и финансов Милослав и Ратмир — мой секретарь. Черт побери, совсем забыл, Вацлав же говорил мне, что с утра у него запланировано рассмотрение проекта бюджета на следующий год перед представлением его на утверждение в Народное Собрание. Я же еще успел ему выговорить, что эту встречу он мог бы и перенести — ему работать, ему и финансы считать, а Вацлав только отмахнулся — у меня, де, это лучше получится. Я не спорю. Получится. Вот только как будет выглядеть после этого сам Вацлав?
— Здравствуйте, господа. Простите, я опоздал.
Немая сцена. Все трое встали и уставились на меня, как на привидение. Первой нашлась Божена — женщины вообще сообразительнее мужчин. Некоторые объясняют это Х и Y-хромосомами, дескать, мужчины толи недоделанные, толи дефективные от рождения, а некоторые говорят, что это у женщин просто от привычки думать о тысяче дел сразу. Утверждают — нет, проверить это мне не удалось, хотя я и пытался по молодости — что средняя женщина лет тридцати одновременно удерживает в голове рабочие вопросы, положение дел в офисе, личные отношения с начальством, состояние косметики на лице, ребенка в школе или детском саду, план домашней работы на сегодняшний вечер для себя и своего мужа и что нужно купить на ужин, да так, чтобы и семья была накормлена, и денег на флакончик новых духов бы хватило. Причем, эти авторитеты говорят, что особенность эта развивается у женщин с ранней молодости, даже с детства, благодаря тому, что они носят широкие короткие юбочки, и ухитряются никому не показать свое белье во время интенсивных спортивных игр. Мда, я где-то читал, что раньше в Шотландии подобные юбки, их, правда, называли кильты, носили мужчины. Интересно, это помогало их умственному развитию? Прямо-таки хоть вводи моду на мужские юбки для подрастающего поколения, чтобы проверить эту теорию!
— Здравствуйте, господин Яромир. Рада видеть вас таким здоровым.
— Спасибо, Женечка. Прошу вас, Милослав. Ратмир, организуй нам чаю.
Милослав поклонился и прошел за мной в кабинет.
— Ваше величество, позвольте спросить, вы к нам совсем вернулись?
— Я пока не умер, господин министр. Давайте мне ваши бумаги и садитесь.
