– Просто рассудил логически, – ответил Инге Цент. – Ведь есть же темные боги. Есть. Я их сам видел. Значит, должны быть и светлые.
– Если бы они были, они бы нам помогли, – заметила девушка.
– Возможно, они не помогают нам потому, что с нами Владик, – высказал предположение князь. – Очкарик прогневил небеса. Он проклят, и нет ему прощения.
– Что? – удивилась Инга. – Почему ты так решил?
– Уж поверь, у меня есть основания так думать. Дело в том, что ты совершенно не знаешь Владика. Не знаешь, кто он такой, что делал, как жил. Если бы ты знала все, ты бы тоже согласилась, что у богов есть причины ненавидеть его.
Страдающий Владик закрыл глаза и горько всхлипнул, потому что понял – сейчас друг Цент начнет порочить его доброе имя. Сочинение грязной и отвратительной клеветы про безответного программиста было для злобного князя чем-то вроде хобби. Он просто обожал выдумывать какие-то мерзкие истории о нем, и рассказывать их новым знакомым.
– Однажды я расскажу тебе о Владике, – посулил Инге Цент. – Расскажу все, без прикрас. И тогда ты ужаснешься.
– Неужели все так плохо? – усомнилась девушка. Та знала Владика недостаточно хорошо, чтобы делать какие-то выводы, но исходя из внешнего вида и манеры поведения программиста, она не могла поверить, что этот робкий, тщедушный и забитый паренек тридцати с лишним лет способен на ужасные поступки. Если кто и выглядел способным на ужасные деяния, так это Цент. И он постоянно совершал их, раз за разом доказывая, что в его случае внешний вид полностью совпадает с внутренней сутью.
– Не плохо, – покачал головой Цент. – Чудовищно. Более того скажу, у меня есть серьезные подозрения, что своими отвратительными деяниями Владик навлек гнев небес не только на себя, но и на весь род людской. Думаешь, из-за кого произошел конец света?
– По-моему, ты преувеличиваешь, – сказала Инга. – Что же нужно было совершить, чтобы настолько прогневить богов? Я даже представить себе не могу такое злодеяние.
– Это ты не можешь. А вот очкарик смог.
– Ты хоть намекни, в чем заключался его ужасный поступок, – взмолилась девушка.
– Даже говорить об этом больно, – признался Цент. – Ты только вообрази – взрослый мужик всю жизнь за компьютером просидел, кнопки пальцами тыкая да в игрушки играя. Экая стыдоба! От сего извращенного образа существования Владик в три слоя покрылся прыщами и приобрел недоразвитое телосложение. Ты погляди на него. Ну, чисто мальчик лет двенадцати. Но это еще полбеды. Он ведь и в плане полового созревания застопорился. Потому и не складывается у него личная жизнь. А как она сложиться может, если у него хозяйство пятилетнего ребенка?
Владику хотелось провалиться сквозь землю, притом не столько потому, что Цент, не скупясь, мазал грязью его доброе имя. Самое ужасное заключалось в том, что Инга, похоже, верила во все эти гнусные выдумки. Ну, может, не во все, но верила.
– Это все печально, – произнесла Инга, – только я не пойму, как все это могло прогневить богов?
– Еще спрашиваешь! – возмутился Цент. – Боги создали род людской. Создали бабу глупую, чей удел – стирка, уборка и готовка. И создали мужика богоравного, сильного, умного, храброго, очень крутого. А теперь взгляни на очкарика. Ты видишь в нем силу? Ум? Храбрость? А ведь таких, как он, перед концом света множество развелось. Ну и как боги могли не взъяриться, когда их творения добровольно деградировали в это?
– Ну, знаешь, женщины тоже не все заняты только стиркой да готовкой, – сообщила Инга. Она еще хотела добавить, что в цивилизованном мире уже лет сто как наступило равноправие, но решила не растаивать патриархального князя этой шокирующей новостью. Если в каком-то мире и наступило равноправие полов, то не в мире Цента.
– Это да. Богопротивный феминизм тоже внес свою лепту. Вот все это и переполнило чашу божественного терпения. С одной стороны бабы, которые дерзновенно покушаются сравняться во всем с мужиком богоравным, с другой стороны такие вот мужики, как наш Владик, способные опозорить своим присутствием любой генофонд. И что мы получаем на выходе? Правильно – конец света. Было бы глупо ждать чего-то иного.
Так, в приятных беседах, они проделали немалый путь, пока на горизонте не замаячила конечная цель путешествия – большой город. Цент сразу понял, что именно туда и лежит их дорога. Где еще было обосноваться силам ада, как не в кишащем нечистью мегаполисе?
– Мы же не пойдем туда, правда? – с надеждой спросила у Цента Инга. Она, как и все остальные люди, успешно пережившие зомби-апокалипсис, строго придерживалась одного золотого правила – ни в коем случае не посещать мегаполисы, а лучше вообще не приближаться к ним. Ибо там безраздельно царствовали чудовища. Тысячи и тысячи чудовищ.
– Мы пойдем до конца! – с нажимом произнес Цент. – У нас выбора нет. Нужно выяснить, откуда приходит зловещий туман, и кто за ним стоит. От этого зависит судьба человечества и моя княжеская карьера. И потом – кто, если не мы?
