Преодолев завал с немалым трудом и с риском для здоровья, Владик, наконец, добрался до секции консервов. И здесь он в полной мере ощутил всю тщетность предпринятых им усилий. Увы, но в этом магазине он был далеко не первым мародером. И не вторым, и не третьим. Его предшественники явно заглядывали сюда много раз, и вынесли все, что представляло малейшую ценность. А наибольшей ценностью в нынешние времена были именно консервы.
Со слезами обиды на глазах Владик смотрел на пустые полки, на которых сохранились только приклеенные ценники с названиями продукции. От этих названий у Владика невольно потекли слюнки. «Говядина тушеная», «Печень трески», «Свинина тушеная. Высший сорт», «Мясо курицы в собственном соку», «Скумбрия атлантическая натуральная с добавлением масла».
Владик представил себе все эти восхитительные блюда, способные заставить корчиться в судорогах любого идейного вегетарианца. Плоть животных и рыб, вкусная, ароматная, дарующая насыщение. И все это изобилие досталось кому-то другому.
Под ногами, на полу, валялись в большом количестве пустые консервные банки – приходившие сюда люди подкреплялись прямо на месте. Судя по всему, они были очень голодны. Владик тоже был голоден, но коллеги-мародеры не оставили ему ничего, ни единой баночки. Вынесли все. А что не вынесли, то сожрали на месте.
Владик подумал о том, чтобы поискать иного пропитания, каких-нибудь сухарей или конфет, но тут же понял, что и там его ждет точно такая же картина, как и в секции консервов. Вряд ли посещавшие магазин люди взяли только тушенку и кильку в масле, проигнорировав прочее съестное с длительным сроком хранения. Увы, но доступность и безопасность магазина оказались его главными минусами – торговую точку обчистили задолго до того, как сюда решил заглянуть Владик.
Голодный программист почувствовал себя жестоко обманутым. Обидно было до слез, и те не заставили себя долго ждать, обильно заструившись по щекам. Он проявил чудеса несвойственного ему героизма, проникая сюда, но вместо заслуженной награды получил кукиш без масла. Конечно, был крошечный шанс, что где-то в магазине осталось что-то съедобное, но Владик решил не испытывать судьбу, и не тратить время на поиски того, чего, возможно, даже не существует. Нужно было возвращаться к автомобилю и продолжать путь. Вдруг ему повезет в другом месте, и он отыщет какую-нибудь еду? Но это точно произойдет не здесь.
Владик уже собрался возвращаться к автомобилю тем же проверенным маршрутом, что и привел его сюда, как вдруг услышал поблизости какой-то шум, а затем человеческий голос, озвучивший порцию грязных ругательств. Не успел программист опомниться, как из-за ряда стеллажей вышел человек в камуфляже и с автоматом в руках. Владик и незнакомец увидели друг друга одновременно. Среагировали тоже одновременно: незнакомец мгновенно вскинул оружие, направив ствол на Владика, Владик выронил сковородку и поднял руки вверх.
– Эй, ты? – негромко позвал человек. – Ты живой?
– Да, – поспешил с ответом Владик, дабы его не приняли за зомби и не нашпиговали пулями. Впрочем, нашпиговать могли в любом случае. Добрых людей после зомби-апокалипсиса уцелело крайне мало, а те, что уцелели, за два года успели изрядно озлобиться и одичать. Встреча с живыми людьми в нынешние времена была не менее опасной, чем столкновение с мертвецами.
Человек подошел ближе, держа Владика на прицеле. Это был мужчина лет тридцати, среднего роста и довольно худощавый.
– Ты что тут делаешь? – спросил незнакомец.
– Ищу еду, – честно признался Владик, которому было крайне неуютно под прицелом автомата.
– Нашел что-нибудь? – быстро спросил мужчина, который, судя по всему, тоже был порядочно голоден.
– Нет, ничего. Я только пришел.
Вскоре к ним присоединились еще двое – мужик лет сорока пяти, и молодая женщина, худая и болезненно-бледная. Они тоже были вооружены.
Все трое выглядели диковато, и на Владика посматривали без особого дружелюбия, но все же они производили впечатление нормальных, в целом, людей. С учетом того, что эти люди прожили два года в условиях зомби-апокалипсиса, успев навидаться и натерпеться всякого. По крайней мере, они не были похожи на озверевших людоедов, давно убивших в себе все человеческое, вроде той троицы кошмарных извергов, что пыталась отобедать программистом в заброшенной деревне.
– Откуда ты здесь взялся? – спросила женщина у Владика. Парень, который до этого держал его под прицелом, наконец-то опустил оружие, отчего программист испытал огромное облегчение. А то как-то неуютно было смотреть в направленное на тебя дуло автомата, особенно с учетом того, что в мире царит беззаконье, и за убийство человека не нужно опасаться заслуженной кары в виде тюремного заключения.
– Я мимо проезжал, – ответил Владик, решивший быть по возможности честным. Он знал, что врать у него получается не слишком хорошо, и решил не злоупотреблять этой дисциплиной.
– И что, залез сюда, не побоявшись мертвецов? – прищурившись, спросил старший из троицы. – У тебя оружие-то есть?
– Оружия нет, – вздохнул Владик. – Только нож.
