Я открыла шкаф и достала из него юбку. Всегда любила женскую одежду, но, как и все истребительницы, редко её носила. Есть что-то невероятно будоражащее в том, как по голым ногам скользит ткань широкого подола, ощущать себя девушкой иногда очень приятно. Я любила танцы и простое сельское веселье с самого детства.
Нарядилась, расправила как могла ещё влажные после мыльни волосы пальцами, в карман на пуговице убрала несколько медяшек – больше и не понадобится, чай не королевский приём. Оглядела себя в зеркале и осталась довольна. Понятно, что с Люси мне не сравниться, но и делить нам с ней нечего. Наши вкусы на мужчин редко совпадали, а вот вкусы на сладости были совершенно идентичны. Возможно, в этом секрет нашей дружбы?
Подруга была восхитительна. Кроме внешней привлекательности, сегодня она просто светилась предвкушением и азартом.
– Пошли скорее! – Она схватила меня за руку и потащила.
Уже темнело. Да, мы планировали выйти пораньше, но вечерние тренировки задержались, и к началу праздника мы уже не успевали. В целом, это было нестрашно, ведь на таких мероприятиях процесс важнее официальных открытий.
Я покорно шла за Люси, ловя себя на мысли, что уже улыбаюсь вовсю. Надолго Люсиного бега не хватило, мы перешли на более спокойный шаг. Я спросила, как у неё дела с Мечом.
Она пожала плечами и ответила:
– Да вроде лучше. Он уже не так меня бесит. Стажировка в Первой явно делает своё дело, похоже, мы стали ближе.
Я сомневалась, стоит ли задавать следующий вопрос, но всё же решилась:
– А скажи, ты не смотришь на него, как на мужчину? Ничего подобного не возникает?
– С Дирком? – удивлённо спросила она и брезгливо передёрнула плечами. – Фу, Яся! Как можно со своим Мечом… он же как брат! Инцест какой-то… А… почему ты спрашиваешь?
От её внимательного взгляда стало не по себе.
– Да так просто, – пожала плечами максимально равнодушно. – Смотрю часто на Эрика и Киру и думаю, как так вышло: они вместе, и их Единице явно ничего не угрожает.
– Ну, они скорее исключение из правил, – послушно отвлеклась Люси. – О, смотри, уже пришли!
Поле за деревней было чисто выкошено, на нём по периметру выросли палатки с тряпичными крышами и косыми столиками. На них торговали сладостями, пирогами, напитками и оберегами. Была пара палаток с травами, несколько с одеждой, но их владельцы уже давно скучали: пик их торговли приходился на дневное время. Сейчас все думали не о пользе, а о веселье.
А веселье происходило посередине поля. Я видела петушиные бои, глотателя огня и тир; чурбак для борьбы на руках был ещё пуст – мужики не достигли достаточного уровня доблести, чтобы мериться силой. Доблесть, кстати, разливали рядом: из большой бочки, поставленной на козлы.
– Пойдём, поищем орешки! – Люси снова схватила меня за руку и потащила.
Как ни странно, наше любимое лакомство найти не удалось – обычно орешки в медовой карамели бывали везде, их продавали в треугольных кульках по медяшке. Они совершенно одуряюще пахли и разламывались на языке хрустящими сладкими осколками. Но печаль от неуспешной охоты за орешками скрасили две кружки хмельного взвара. То, чем мужики угощались из бочки, нас мало прельщало, так как быстро сбивало с ног и дурновато пахло. А вот ароматный горячий взвар на ягодах и травах был очень вкусными. Его разлил нам в деревянные кружки щедрый бородатый селянин, навешав на сдачу кучу комплиментов. Щёки заалели от них и от выпитого.
И вот тут начали разжигать костры для танцев. Уже окончательно стемнело, и факелы больше не давали достаточно света. В разных частях поляны заранее были сложены шалашами сучья и ветки, их сейчас и запаливали. Поодаль сгрудили дрова для подкладывания, если праздник не закончится до утра.
Мы вернули пустые кружки хозяину и потянулись на звук. Местные музыканты владели гитарой, барабаном и губной гармошкой, причём на удивление у них был довольно спетый коллектив. Они расположились ровно посередине поляны, спинами друг к другу, поэтому музыка была слышна повсюду.
Первыми в пляс пошли две местные девчонки. Обе были тёмненькие и быстроглазые, возможно, сестры. Я их заметила ещё раньше, они играли с парнями в гляделки и обыгрывали многих. Местные принцессы, не иначе. Двигались они так красиво и зажигательно, что скоро стали присоединяться остальные.
– Пошли! – смеясь скомандовала Люси, и мы нырнули в круг.
Общее настроение азартного и довольно свободного веселья захватывало и не желало отпускать. Я обожала танцевать, как и подруга, в академии мы не пропускали танцы. Но там они более чинные, приличные, подчинённые правилам. А мне были намного ближе такие – от души и сердца.
Народ всё прибывал, и один большой круг незаметно разделился на несколько маленьких так, что внутри каждого оказывался костёр.
Я вынырнула из хоровода танцующих и метнулась к лавке, скинула под ней свои короткие ботинки, повертела головой, чтобы запомнить её месторасположение, и нырнула обратно босиком. Настроение скакнуло ещё выше – ощущая под ступнями вытоптанную почти в песок траву, я вернулась мысленно в праздники детства, такие же простые и весёлые. Тогда я была по-настоящему счастлива и сейчас была очень рада, что эхо этого чувства через годы долетало по-прежнему ярким.
Я подцепила подол юбки и заткнула за пояс. Меня не особо смущало, что в танце мелькали голые коленки. Многие местные девушки ещё и верхние пуговицы расстёгивали так, что того и глади похвастаются всем своим богатством. Я хохотала, сталкиваясь с Люси, мы зеркалили движения друг друга, крутились, шлёпали по приглашающе раскрытым ладоням парней, и тут я почувствовала взгляд. Даже потеряла ритм и сбилась, таким острым было это чувство.
Слегка сощурившись, пробежала глазами по рядам и наткнулась на смеющийся взгляд Криса. Он и не пытался скрывать, что смотрит именно на меня. Мгновение сомнений, и я бросилась к нему. Схватила за руку и потащила за собой в круг.
Удивительно, но он не стал сопротивляться. А когда вслед за мной оказался в гуще пляшущих людей, перехватил мою руку и крутанул так, что я врезалась в него в танцевальном движении. Тут же отпустил, потом снова поймал. Оказалось, что Крис невероятно здорово двигается в танце. Он чувствовал музыку, ни капли не стеснялся и обладал бешеной энергетикой. Я знала и раньше, что он очень пластичен, как и многие истребители, чьё тренированное тело был гибким и подвижным. Но чтобы так… Он улыбался, глядя на меня, иногда касался, разворачивая за талию или подхватывая под локти. У нас очень хорошо получалось двигаться вместе, один из танцующих рядом парней даже подмигнул Крису и крикнул что-то типа «хорошо смотритесь». Я сбилась с ритма, но это осталось незамеченным, потому что музыка оборвалась на высокой ноте. Сразу же раздались подбадривающие крики, и когда мелодия возобновилась, она оказалась совсем другой – медленной, плавной. Я смутилась, чувствуя себя неуютно. Надо было срочно сбежать куда-нибудь из круга начинающих обниматься парочек.
– Ясь, – тихо позвал Крис.
Я подняла на него глаза и увидела, как он подмигнул мне. Затем показательно заложил руки за спину, слегка приподнял подбородок и закрыл глаза. Волна благодарности затопила меня с головой и смыла смущённый румянец. Так мы вставали на тренировках, когда развивали взаимодействие. Те самые «танцы» от Киры и Эрика. Только сейчас вокруг нас и вправду была музыка.
Он приоткрыл один глаз и вопросительно поднял ту бровь, что не была перечёркнута шрамом. Я кивнула и тоже закрыла глаза. Он шагнул, и я почувствовала это движение, сместилась назад. Он ушёл влево – я последовала. Он вёл, и я легко его слушалась. Так, как никогда не получалось в зале. Неужели, дело в музыке?
Он был близко, но не касался. Я ощущала тепло его тела и запах, такой знакомый, почти родной. Находясь в коконе его энергии, я не натыкалась на него и не отдалялась. Мы стали словно одним организмом. Мне казалось, что я слышу биение его сердца, и оно понеслось вскачь так же, как и моё. И чем быстрее грохотал пульс, тем медленнее мы двигались. Словно были в тягучем сиропе, сладком и одуряюще ароматном. Не нужно было открывать глаза, чтобы понять, на каком расстоянии от моей груди его тело. Очень и очень близко. Ещё ближе только объятия. Я закусила губу, стараясь привести мысли в порядок, и услышала его короткий выдох прямо над своим лицом. Распахнув глаза, наткнулась на тёмный и какой-то расфокусированный взгляд. Я сбилась с шага и столкнулась с ним.
Крис поддержал, схватив чуть выше локтей. Он посмотрел куда-то поверх моей головы и сказал:
– Жарко. Не хочешь выпить?
Я с готовностью согласилась, убеждая себя, что мне всё почудилось. Когда Крис ставил передо мной на столик, сделанный из бочки, кружку со взваром, наваждение прошло. Он снова бесшабашно улыбался, и я тряхнула головой, обвиняя себя в излишней мнительности.
Тут к Крису подскочила одна из местных принцесс. Почти повиснув на его плече, она жарко зашептала:
– Крис, пойдём танцевать! Я так соскучилась…
Парень вежливо снял с себя девицу, ровно улыбнулся ей:
– Прости, Герти, я занят.
Девица надула губы и сверкнула в мою сторону таким яростным взглядом, что я опешила. Ей хватило благоразумия убраться, потому что моё уличное воспитание тотчас подняло голову и приготовилось дать отпор. Задавив волну раздражения, я спросила, как можно более спокойно:
– Почему ты не сказал, что я твой Щит? Вдруг она надумает чего лишнего. Как будешь потом с ней объясняться?
– Ясь, – Крис серьёзно на меня посмотрел. – Меня совершенно не интересует, что она подумает. То, что у нас с ней было, уже в далёком прошлом, к которому у меня нет никакого желания возвращаться.
Больше за вечер неловкостей не было. Снова танцевать мы не ходили, зато отлично посидели и поболтали. К нам несколько раз подсаживались местные, мы говорили и с ними. Когда подбежала Люси, я по её глазам сразу поняла, что именно она скажет. Так и вышло:
– Яся, меня не теряй. Наклюнулся отличный вариант, пойду играть в нежную деву.
Я засмеялась и пожелала удачи. Крис улыбнулся тоже:
– В нежную деву? Бедный парень, у него нет ни единого шанса спастись!
– Никто не устоит перед Люси, это верно.
Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но словно передумал. Я вопросительно на него посмотрела.
– Может, пойдём домой?
Я согласилась, но объяснила, что мне надо найти свою обувь. Да и ноги помыть, чтобы не залезать в ботинки пыльными ступнями. Пока я искала лавку с моими ботинками, Крис раздобыл ведро воды. И уже скоро мы отправились в сторону заставы.
– У меня для тебя кое-что есть, – сказал напарник, засунул руку за пазуху и достал… кулёк с засахаренными орешками! Протянул его мне, а я схватила хрустящий пакетик, словно сокровище.
– Где ты их нашёл? Нам сказали, что всё уже закончилось!
– Связи есть не только у тебя, Ясмина.
Я засунула в рот хрустящую сладость и зажмурилась. И не только оттого, как вкусно это было. Накатило вдруг острое желание хоть на биение сердца стать обычной девушкой. И чтоб Крис – просто парень, а не мой Меч. И провожал бы он меня потому, что я ему нравлюсь, а не потому что нам по пути. И чтобы он непременно мечтал меня поцеловать на прощание у калитки.
Кажется, я покраснела. Поэтому отвернулась и постаралась привести дыхание в норму. Захрустела орехами.
– Хочешь? – спросила я у Криса.
– Нет, спасибо.
– Я надеялась, что ты так ответишь, – с набитым ртом созналась я.
Он проводил меня до двери в мою комнату. В коридоре в такое время уже тихо и безлюдно. Молчание стало очень напряжённым, орешки давно закончились, и мне нечем было занять ни руки, ни рот. Я прочистила горло и сказала:
– Был отличный праздник, правда?
Кристофер запихал руки в карманы и натянуто улыбнулся:
– Верно.
– Ну, я пошла… Тихой ночи, Крис.
Дверь открылась бесшумно, впереди была безопасная темнота моей комнаты. Я почти нырнула туда, когда Крис меня окликнул:
– Ясь…
– Да?
– Тихой ночи.
Я была уверена: это не то, что он собирался сказать. Сидела на кровати и пыталась успокоить глупый комочек плоти, который взволнованной птахой трепыхался за грудиной.
Парень. Девушка. Праздник. Калитка.
