– Ну, начало у нас уже есть. Хорошо. Вот, – мужчина ткнул пальцем в карту, – Здесь заброшенный дом. Зови всех, кого сможешь туда.
Лёгкий шлейф сомнений долетел до меня невесомым ветерком.
– Он сомневается, – пожала плечами.
Михалыч присел на стул и посмотрел на животинку.
– Я минуту назад отозвал патруль, остановил стычку, думаю это хоть какой-то повод доверять мне. Да к чему доказательства, ты же сам всё чувствуешь. Так что? Едем?
– Он согласен и благодарен.
– Слушай, а у твоего гостя имя есть? – оглянулся в дверях босс. – А то всё «он», да «он».
– В коте жил как Уголёк, сокращённо – Лёлик, – пожала плечами. – Похоже, и сейчас не против этого имени. Но скучает по-своему. Нет, нам его никак не произнеси. Они ведь не общаются с помощью слов.
– Лёлик, так Лёлик. Едем.
Телефон разрывался от звонков и смс. Девчонки, кажется, объявили всеобщую тревогу – на лекции не пришла, на звонки и все послания не отвечаю. А что им сказать? Подождите, мы тут с попаданцами разберёмся и появлюсь?
Вздохнула. Нужно что-то самозабвенно врать. Бр-р-р… Попросив минуту тишины у шефа, нажала кнопку.
– Маринка, у чего ты трезвонишь, – изображая сонный голос, просипела в трубку.
– Лада, ты где? Что случилось? Почему не пришла в институт? Или я это… не вовремя? – закончила уже с усмешкой.
– Ой, ну сплю я…, – неопределённо ответила подруге.
– Хорошо, хорошо. Только сильно сном не увлекайся, ну или хоть без ущерба для института, а то…
– Ладно, все лекции спишу, семинар отработаю, завтра появлюсь, – речитативом выдала подруге и повесила трубку. – И как остальные умудряются учиться, тренироваться, да ещё и патрулирование в усиленном режиме?
Последнее пробурчала себе под нос, сокрушённо покачав головой.
Дом стоял на отшибе, за рядом полужилых идентичных строений. Обитателей этого непривлекательного места нельзя было отнести к радушным жителям города. Мрачные лица большинства выдавали последствия не особо трезвого образа жизни. Лишь одно внушало оптимизм: среди встреченных непонятных личностей мы не увидели детей. Значит, кто действительно хотел, тот смог выбраться из этих трущоб. Да, дети – очень весомый стимул двигаться вперёд, стремиться к лучшему. Чёрный внедорожник в таком полуразрушенном районе смотрелся как минимум странно.
Всю дорогу я просидела, не отрывая взгляда от окна. То тут, то там мелькали силуэты, обрамлённые серыми тенями. Не то, чтобы их было много, но я ещё не совсем привыкла к своей новой способности, подаренной мне моим новым приятелем – видеть тех, в ком нашли убежище невольные пришельцы из другого мира. Радость и надежда волнами накрывали меня в моменты встреч с ними. Этот удивительный народ, который волею – нет, не судьбы – а чьей-то воспалённой фантазии, закинут в непривычный, чуждый и даже опасный для них мир, обретали надежду вернуться домой, понять, что с ними произошло и почему. Пусть сейчас эта надежда больше напоминала нечто эфемерное, но они верили и радовались. А я, в свою очередь, почти адаптировалась к роли переводчика с ощущений на русский язык. Передавала послания, с тоской понимая, что озвучить можно лишь малую часть транслируемой Лёликом информации. Чем больше я общалась с этим существом, которое даже собственного тела не имеет, тем больше ограниченность физического мира. Тела не дают свободы передвижения, слова делают неполным общение и понимание друг друга, порой банально противоречат мыслям и чувствам. С помощью языка мы лжём не только окружающим, но и себе. Мы отвыкли, разучились делиться тем, что ощущаем на самом деле. Зато прекрасно освоили умение скрывать истинные эмоции, прятать их за стеной из физических форм, складывая их, словно кирпичи, друг на друга. Укрепили всю конструкцию страхом быть собой, открыться, порой даже перед близкими людьми. Ох, далеко нам до этих ребят, ой, как далеко!
Через полчаса мы стояли посреди полуразрушенного, или недостроенного, дома. От любопытных глаз и вездесущих подростков остатки здания скрывал высокий забор, двустворчатые ворота крепились друг к другу серьёзной цепью с замком. Михалыч разделался с препятствием легко и непринуждённо. В нём явно умер великий медвежатник. Уже через пять минут наше внимание привлекли шелест гравия и строительного мусора – кто-то осторожными шагами приближался к нам. Лёлик в образе мыши сидел у меня на плече, повернул мордочку в сторону звука.
– А вот и первые гости, – тихо озвучила послание.
Шеф явно напрягся, да и мне стало немного не по себе. Волна спокойствия пришла, поглаживая и ободряя. Из-за бетонной стены к нам вырулил мужчина средних лет. Добротная, не самая дешёвая одежда выглядела неопрятно, волосы всклокочены. Да, видимо до момента подселения человек имел вполне неплохой достаток. Сейчас, попаданец, что нашёл пристанище в этом теле, не разделял стремления к материальному комфорту, с трудом адаптировался к новому стилю существования. Радость и вспыхнувшая огнём надежда чуть не сбили с ног. Я попала в водоворот эмоций этих удивительных существ. Вздохнула, приводя сознание в порядок. Отлично, получилось.
