Здесь тоже кое-что изменилось. Фальшивое небо висело над нами. Под ногами лежал черный зеркальный пол. Трое были здесь, по-прежнему восседая на тронах, огромные, но безжизненные на этот раз, потому что Трое же были сейчас со мной и вели меня к дальнему краю ряда статуй. Что-то новое и огромное высилось во тьме за изваянием Зиддари, спрятанное под пурпурным покрывалом.
Сердце гулко заколотилось, а желудок сжался, когда Зиддари махнул рукой и покрывало упало на пол. Это был я. Из такого же тусклого черного камня, как и остальные. Невозможно огромный, так что я сам мог бы забраться и встать на собственную ладонь. Я должен был стать лордом. Они не солгали мне. И пока я вглядывался в изображение своего лица, моя рука дотянулась до золотой маски, что была на мне, и ощупала бриллианты, смотревшие из ее глазниц.
— От чего же еще я должен отказаться, кроме своих глаз? — спросил я, поражаясь тому, как ровен мой голос.
— От совсем немногого, от чего вы еще не отреклись, — ответил Зиддари. — Некоторые мелочи из вашего прошлого. Ваша личная вражда может показаться ничтожной рядом с величием возможностей. Эти мысленные барьеры, которые вы воздвигли, чтобы отгораживаться от нас, рухнут. Ваш разум перестанет быть независим, он станет единым с нашими, и тогда наши общие цели и желания могут показаться вам куда значительнее ваших собственных. Но ваша сила не будет иметь себе равных, и все, что вы можете себе представить, будет принадлежать вам.
— Я никогда не буду использовать свои воинские умения?
— Не в вашем теле, — ответил Парвен. — Не стоит им рисковать. Мы сделали так, что ни один из нас не может носить оружия, и с вами будет так же. Никто в любом из миров не опасен для нас, кроме одного из нас. И как вы уже видели, у нас есть лучшие способы наслаждаться радостями боя. Но мы предполагаем продолжение ваших тренировок в течение многих лет, пока вы не достигнете полного расцвета и не создадите себе умелое тело, с которым вам будет удобно. Это ради вашей собственной безопасности в той же мере, что и ради преимущества, которое вы получите, командуя армиями и используя чужие тела для своего удовольствия. Выбор за вами, само собой.
— А что, если я откажусь?
— Вы по-прежнему останетесь Наследником Д'Арната, другом и союзником лордов. Вы можете прожить отведенные вам годы здесь или найти себе дом, где вам вздумается. Но мы будем ждать от вас помощи в нашей войне в соответствии с данной вами клятвой.
— Но секрет кольца…
— …принадлежит лордам Зев'На и откроется вам, лишь, когда вы присоединитесь к нам.
Зиддари взял меня за подбородок и указал на мою статую.
— Вы рождены, чтобы стать одним из нас. Я верю, вы знаете, что это правда.
— Мы стары и ограниченны. Ваша юность радует нас, — произнесла Нотоль, улыбаясь и гладя мои волосы. — Когда вы проживете первую тысячу лет, вы поймете.
— Нам радостно учить вас, — добавил Парвен, кладя руку мне на плечо.
— Я должен решить сейчас?
— Через пять дней вы достигнете совершеннолетия, — ответила Нотоль. — В первый час этого дня вы станете помазанным Наследником Д'Арната. Если вы решитесь стать одним из нас, мы должны подготовить вас за час между полуночью и помазанием. Другой возможности у вас не будет. Это решение станет окончательным.
— Я понял.
— А теперь мы вернем вас в ваши покои и дадим вам поспать. Когда вы проснетесь, этот вкус вашего будущего окажется лишь воспоминанием, и все будет как прежде. Вглядитесь внимательнее в лик мира и решите, сравнится ли что-либо с открывшимися перед вами возможностями. Они сняли маску, и Зиддари отвел меня обратно в мои покои и посадил в кресло. Мы приказали подать еду. Я был голоден, но слепота наполняла желудок свинцовой тяжестью.
— У вас сейчас лицо Дарзида? — спросил я Зиддари, пока мы ели.
— Да.
— Зачем вы жили в другом мире? Зачем служили людям… обычным солдатом, если вы — лорд Зев'На?
Он рассмеялся.
— Это долгая история, и за следующие сотни лет я расскажу вам ее полностью. Вкратце: один из нас прошел вслед за дар'нети Дж'Эттанном по Мосту, чтобы защитить наши интересы. Я слишком поздно обнаружил, что за долгие годы человеческий мир извращает и спутывает память тех, кто был рожден в этом мире. Я пострадал от этого унижения так же, как Дж'Эттанн и его дар'нети. Даже во многом сильнее. Жалкий, презренный мирок — эта ваша родина. Что же касается того, почему это задание было возложено на меня, а не на Нотоль или Парвена… скажем так, мне не повезло со жребием.
Больше ненависти, чем веселья прозвучало в смехе Зиддари.
