Его друзья глумливо захихикали. Насколько я их знаю, вся сволочь нашего маленького общества. Лентяи, драчуны, те, кто любят отнимать и избивать ради забавы… И девки им под стать. Интриганши, которые могли организовать бойкот какой-нибудь девочке только для того, чтобы посмотреть, как она будет дёргаться. Тахо была ещё лучшей из них, но тоже с заносчивостью и непослушанием всё нормально.
— Ага. Высраная какашка. Сейчас я перенесу тебя и твоих друзей туда, где всегда тепло, где много еды и где не нужно ничего уметь. Достаточно протянуть руку и снять с ветки всё, что надо для жизни. Твоим детям и правнукам не понадобится думать, им не надо будет придумывать ни одежду, ни инструменты. Вы размножитесь так, что заполните все земли, и вам начнёт не хватать еды. Вы будете заниматься тем, что будете убивать друг друга камнями и палками, и так будет в течение тысячелетий. Вы никогда не уйдёте с этого уровня. А я позабочусь, чтобы каждая твоя следующая жизнь проходила только в этом обществе. И в каждой жизни ты будешь призывать соотечественников к самоорганизации и к общим делам, и в каждой жизни тебя будут игнорировать, а потом тебя будут убивать ударом камня по голове. А потом с севера придут дети хороших людей, у них будут и инструменты, и одежда, и они расстреляют твоих потомков с большого расстояния. Оставшихся возьмут в рабы и будут использовать, как животных. Да будет так. И не смейте убивать друг друга как минимум три поколения. Убийц сожгу на медленном огне. А теперь идите отсюда.
Я махнул рукой, и служилые боги перенесли всю компанию с причитающимися им домашними животными в самое жаркое место моего мира. Там действительно было много растительности, с голода не пропадут.
Первое, что сделал Лено на новом месте, это овладел Тахо. Тахо пыталась отбиваться и звала на помощь, но ей никто не помог. Остальные парни тоже не стали отставать и выстроились в очередь к подругам (девушек среди них было меньшинство). Ага. Вперёд, ребята. Ухаживать за детьми вы научитесь лет через шесть — семь, а до этого будете наблюдать, как ваши дети умирают от голода и плохого ухода.
Я перенёсся в облачный замок и поговорил с душой убитого парня. Оказалось, что он нежно любил Тахо, поэтому и не удалялся от неё. При этом он очень боялся Лено, который славился любовью к избиениям по поводу и без. Но любовь была сильнее. Я предложил парню следующую жизнь в роли ребёнка в роду вождя моего первого города. Вероятность того, что он станет начальником города, была почти полной. Парень обещал быть справедливым главой города. Что и требовалось.
Только после этого я смог сходить поплакаться к Лагане.
Лагана очень соскучилась без меня и встретила шутливыми упрёками, сказала, что чуть не испортила весь мир избытком женской энергии. Только ощутив женское тепло, я немного отошёл от того ужаса, который наблюдал во время битвы. Лагана ужаснулась даже части того, что я видел, ей хватило одних пересказов. Сказала, что хочет скорее присоединиться, что одна она такого противостояния с бесами не выдержит.
Когда я поплакался про Лено и Тихо, Лагана засомневалась:
— А не слишком сурово? Им под четыре года только. Пороть неделю — это да, но сразу целую группу на отдельное выживание…
— Я всё равно собирался расселять наше общество. Во-первых, они уже подъели окрестности, во-вторых, начали конкурировать за лидерство и территорию. Если не расселить, будут новые столкновения. А так пусть живут группами по три — четыре рода, конкурируют с буйволами, носорогами и слонами. Это заставит их держаться друг друга. А через несколько поколений мы перестанем им являться, чтобы они сами выстраивали своё общество. Они при этом всё равно забудут и счёт, и письмо, с дальнейшим падением на животный уровень. Все. Так что нет особой разницы, кто-то раньше, кто-то позже.
— Полисаний, а откуда берутся наши миры? У нас толстый слой почвы, который создавался тысячелетиями. Растения, которые покрывают всю сушу. Не те, которые мы придумали, а стандартные. Насекомые, без которых растения не смогли бы жить. Мы получаем это всё готовым. Наши фантазии — это маленькие надстройки.
— Эти миры зреют на мировом дереве. Александр рассказывал. А я их видел даже в этом странном мире — записной книжке бога. Отдельные кружочки, присоединённые к основному дереву, без символов и без связей. А на каком-то этапе устанавливается связь между человеком и определенном миром. Нас стражи миров так и находят для обучения. Можешь считать, что Бог организовал эти миры для нашего ускоренного развития. Он учит нас любить и думать на примере наших миров.
— Мы как бы счастливчики?
— Или особо тупые, которым требуется наглядный пример и долгое время для созревания, в отличие от обычных святых.
Лагана прильнула ко мне и обняла крепко — крепко, прошептала:
— Мне страшно.
— Мне тоже. С другой стороны, кто ещё не умница, как ты? У тебя отличный мир, люди обучены и ухожены. Не тебе бояться будущего…
Лагана начала стонать. Я дёрнулся. Какой же я глупый!
Лагана открыла глаза и засмеялась:
— Я пошутила! Похоже, я привыкла к твоим похвалам.
