— Я тоже тебя… Носил бы на руках…., - тут я наступил себе на язык, поскольку осознал, что сейчас Лагана вырубится где-нибудь так на недельку. А она и так двое суток не ела. Но глаза сказали всё остальное. «Я тоже тебя люблю. Я носил бы тебя на руках всегда». Лагана восприняла всё, что сказали глаза. Она через силу приподнялась и обняла меня.
— В жизни на поверхности, до смерти, у меня был муж и трое детей. Но у меня никогда не было таких глубоких чувств, как к тебе.
Следующие два часа мы обнимались и целовались. Служилые боги мира Лаганы весело танцевали вокруг. А потом как-то сразу стало очевидно, что наши миры можно совершенно безболезненно состыковать, и даже так, чтобы было сухопутное соединение, а не как отдельный континент. Люди в мире Лаганы были примерно того же роста, что и в моём, по количеству они не сильно превосходили моих ребят, поэтому миры можно было состыковать без особых опасений, что одна раса съест другую.
Вернувшись в свой мир, я обнаружил Александра Долгомирова. Он выполнил своё дурацкое обещание и привел ещё двух девочек — улитку и ящерицу. Ещё он сказал, что я ему буду нужен на две недели, придётся лететь на космическом корабле. Пообещал придти через шесть часов, после того, как я освобожу девочек от избыточного количества женской энергии.
После только что пережитых высоких чувств с Лаганой смотреть на этих дам совсем не хотелось.
Александр по моим взглядам понял, что я думаю и чувствую, и начал уговаривать. Сказал, что они обе очень долго варились в собственном соку и что им очень не хватает общения и простого человеческого сочувствия. Улитка просидела в одиночестве, только со своими малышами полторы сотни лет, ящерица по имени Линна семьдесят. И без мужского общения тоже. Никаких возможностей познакомить их с кем-нибудь ещё нет.
Я представил себе полторы сотни лет с общением только со служилыми богами, и мне стало дурно. Сердце дрогнуло.
Александр сказал, что миры этих девочек надо будет присоединять в самое ближайшее время. Я испугался. Если мой мир начнет расти настолько быстрыми темпами, то планета появится в космосе перед бесами намного раньше, чем мы будем готовы.
Начали знакомиться. Выяснилось, что улитка даже не могла говорить. Она общалась другим способом. Она смотрела глаза в глаза и передавал чувства и мысли напрямую. И в этих мыслях был такой накал страсти и женского желания, что я двинулся к ней почти против своего желания. Александру пришлось взять меня за руку и повернуть к ящерице Линне.
— Может, я не вовремя и мне стоит уйти? — ящерица продемонстрировала, что обладает и некоторой чуткостью, и некоторой деликатностью. Я уверил её, что на тему помощи другим людям я готов общаться в любое время.
— У меня не клоака. У меня раздельные половые органы, как у вас, — поспешила заверить меня Линна.
— Это очень радует, благородная дама. Но для начала давайте поговорим о том, что вы думаете о своих мирах и как вы думаете их развивать.
Улитка передала мне свои мысли о том, что после соединения миров всех её разумных улиток и прочих крупных животных съедят наши люди, в результате чего души разумных существ будут жить в следующих жизнях в более совершенных телах. После знакомства с позвоночными она возненавидела своё тело. В её мире все люди и животные были как улитки или слизни, даже крупные животные были слизнями.
— А ещё я хотела бы пожертвовать собой там, где это потребуется, чтобы в следующей жизни выйти из кристалла человеком, с позвоночником и руками, как у тебя, — передала мне сокровенную мысль улитка.
У них даже не было имён! При общении друг с другом они передавали вместо имени визуальный облик собеседника. Отличительным признаком был узор на панцире, который у всех был разным. У этой улитки были хорошо видны три кольца с большим количеством более мелких орнаментов, и мы решили звать её между собой и в письменных документах Три Кольца. После того, как мы объяснили, что такое чтение и письмо, улитка согласилась.
Линна была более развитой. Она выросла в мире, где было и чтение, и письмо, и арифметика. Она даже знала, почему мягкое и гибкое более жизненное, чем твёрдое и жёсткое. Но религии как таковой в её мире не было, знания о внутреннем совершенстве в её мире передавались как магия.
Я позвал Ва, попросил проверить девочек на пригодность к сексу. Ва удивилась, долго ходила вокруг, потом сказала, что я, скорее всего, останусь в живых. Сказала, что хочет посмотреть, как будет заниматься сексом улитка. Это действительно оказалось непросто, но мы справились. Три Кольца оказалось настолько страстной, у неё накопилось настолько много женской энергии, что после её оргазма уже я чуть не потерял сознание от восторга. Пришлось сидеть и отходить добрый час.
Три Кольца испугалась, решила, что мне плохо и что меня надо спасать. Ва похихикала, сказала, что наконец-то и я понял, как тяжело приходится со мной им, девочкам.
Линна упомянула, что хорошо плавает. Мы с ней прыгнули в одно теплое озеро и вволю набултыхались. Я смог возбудиться только после того, как представил, что передо мной Лагана.
