<p>Стрела на излёте</p>Когда король вернется, наступит золотой век. Прошли первые пять лет - золото оказалось с кровавым отливом.
<p>Глава 1 </p> - Из Ойстахэ пришел обоз с налогами за прошлый год, - министр старательно не замечал, как наместница зябко кутает плечи в ажурный пуховой платок.
- На этот раз всего три месяца опоздания, как любезно с его стороны. В прошлом году мы ждали дольше, - поселившееся в ее голосе равнодушие сначала пугало его, потом злило, теперь он уже привык, - что вы предприняли?
Министр пожал плечами:
- Я известил его сиятельство, что в этом году тренировочные лагеря для новобранцев будут размещены в Ойстахэ, и предложил обсудить с расходы с военачальником Тейвором, - наместница слабо усмехнулась, но он был рад увидеть даже тень улыбки на ее бледных губах.
Герцогу Ойстахэ придется раскошелиться - лагеря для новобранцев каждый год размещались в новой провинции, и лорды всеми силами стремились передоверить эту высокую честь соседу, так как на хозяина земель возлагали все расходы по содержанию войск, империя оплачивала только жалованье наставникам.
Старый Лис платил налоги по старинке, данью, хотя взять с Ойстахэ особо было нечего, и наместница не раз предлагала герцогу перейти на звонкую монету. Пока по деревням собирали зерно, а в городах - товары, хитрый герцог успевал прокрутить деньги и собрать навар, не говоря уже о взятках. Министр усмехнулся - на каждый рыжий хвост найдется свой капкан. Новобранцев будут тренировать в Ойстахэ до тех пор, пока старик не заплатит наличными.
Налоги, войска, распри в жреческом совете... раньше он предоставлял наместнице сведенья, собранные по всей империи, и выполнял ее распоряжения. Теперь же он все чаще и чаще решал за нее. Наместница всегда доверяла министру государственного спокойствия, но в последнее время это доверие перешло всякие границы не только в глазах чиновников и лордов. Иногда ему самому становилось страшно - слишком много нитей сошлось в одних руках. Наместница складывала все монеты в один кошель.
Лучи заходящего солнца затерялись в янтарной листве на панелях за спиной наместницы. В ее кабинете навечно поселился октябрь - с коричневых кленов осыпалась оранжевая листва, повинуясь невидимому ветру. Если долго смотреть, можно было заметить, как листья медленно падают вниз. Но министр никогда не приглядывался - не позволял своему воображению играть с ним шутки.
