— Ваши слова, Леопольд, теперь могут стоить нам не только свободы, но и жизни. Если баронесса и князь объединят усилия, чтобы использовать эту информацию против нас, то мы окажемся в ловушке, из которой нет выхода. Вы понимаете, что на кону стоит не только наша судьба, но и судьба всей нашей тайной организации?
Виконт, ощутив тяжесть этих слов, опустил голову. Он вспомнил о своих амбициях, о том, как мечтал о власти и влиянии, сделавшись одним из Свидетелей, но теперь, после утраты собственного авторитета в глазах графа, эти мечты о величии казались ему такими далекими, как звезды на небесах.
— Что вы предлагаете? — спросил он, стараясь скрыть дрожь в голосе.
Граф обдумал ответ, его ум работал, как хорошо отлаженный механизм.
— Первое — это убедить князя в том, что баронесса ошибается. Мы должны продолжить убедительно создавать видимость, что заговор — это всего лишь глупые слухи, которые вы слышали от кого-то и озвучили по пьяному делу, выдав за свои мысли. Второе — нам нужно найти способ дискредитировать баронессу фон Шварценберг в глазах ее влиятельной родни. Например, я могу послать своих птичек, почтовых голубей, которые разнесут вести, что она — шлюха и отдалась русскому князю, у которого есть жена в России.
Леопольд, прищурившись, начал осознавать, что граф не просто зол, а предлагает хитрый план.
— Хм, неплохие мысли, — кивнул он.
Слушая графа, Леопольд почувствовал, как холодный пот выступает на лбу. Он вспомнил, как баронесса смотрела на него своими красивыми проницательными глазами, полными хитрости и коварства. Похоже, она была не просто восхитительной женщиной, а ловким игроком на этом опасном шахматном поле политических интриг, и теперь, когда она узнала о заговоре, не только сам виконт, но и граф могли стать ее жертвами, стоит ей только связаться с такими же монархистами, как она сама, слепо преданными императору Францу.
— Я… я поговорю с ней, снова попытаюсь убедить ее, что она ошиблась, что это всего лишь мои пьяные фантазии, — промямлил виконт.
Граф скептически усмехнулся, и его губы сжались в тонкую линию, когда он сказал:
— Вы действительно верите, что баронесса поверит вам после всего и оставит нас в покое? Она уже поняла, что может использовать эту информацию против вас. Что касается меня, то она пока не имеет никаких доказательств моего участия. Но, это лишь вопрос времени. К тому же, на ее стороне русский князь. И это усугубляет положение.
— Вопрос в том, до какой степени князь Андрей поверит ей. Он может и не поверить женщине, если мы попытаемся убедить его в обратном, — пробормотал виконт.
Граф резко обернулся, и в его глазах промелькнуло что-то зловещее. Он проговорил:
— Нам нужно подготовиться к худшему. Возможно, в пустые слова женщины князь и не поверит. Но, если только он получит доказательства о заговоре, то, боюсь, что он станет слишком опасным врагом. У него, как я слышал, есть связи в верхах русской армии и даже при дворе императора Александра.
Леопольд, понимая, что его легкомысленность привела к этой ситуации, и что Иржина фон Шварценберг, скорее всего, больше никогда не поверит ни единому его слову, как ее ни уговаривай, начал осознавать всю серьезность момента. Он поднял взгляд на графа, в глазах которого читалась решимость и холодная ярость.
— Что же нам делать? — спросил он.
Граф наклонился вперед, его лицо стало серьезным и сосредоточенным. Он проговорил:
— Нам нужно действовать быстро и тихо. Я лично попытаюсь поговорить с баронессой, чтобы выяснить, что именно она услышала, поскольку ни вы, ни Вильгельм, оба точно ничего не помните, что наболтали тогда по пьяному делу. Я постараюсь выяснить и то, что она намеревается делать. А вы… вам нужно будет снова поговорить с князем. Извинитесь еще раз перед ним, попытайтесь убедить его, что вы верны императору, и что заговор — это лишь плод воображения пьяного человека, каким вы были в тот момент, когда сболтнули об этом.
— Но, как же я смогу его убедить? Боюсь, что он не поверит мне, — пробормотал Леопольд, чувствуя, как страх сжимает его сердце.
— Так постарайтесь сделать так, чтобы он поверил! Убедите князя, что вы готовы отдать жизнь за императора Франца. И помните, если князь окончательно поверит баронессе, открыто встав на ее сторону, то, либо нам с вами не жить, либо им! Разумеется, мы способны прибегнуть и к другим методам. Например, устроить «несчастный случай» для баронессы, как и гибель князя. Но, я не хотел бы делать это прямо сейчас. Это уже крайние меры. К тому же, князь имеет в своем распоряжении пушки. И потому я надеюсь, все же, что все разрешится без лишения кого-то жизни. Но, чтобы этого не потребовалось, вы должны будете убедить князя, что он может доверять нам, — сказал граф.
