РПГ – это вещь, которой просто обязан уметь пользоваться любой уважающий себя киллер. Александр себя уважал, и, хотя стрелять из гранатомета ему раньше приходилось только на полигоне, отработал на пять баллов. Пропустив мотоциклистов, он вляпал прямой наводкой в головной бронетранспортер и тут же, отбросив разряженное оружие, пальнул в замыкающий колонну броневичок. Промахнуться с такой дистанции было проблематично. Трофей, не так и долго проходивший под немецкими знаменами, вывернулся буквально наизнанку – изо всех щелей хлестнуло пламя, корпус раскрылся во все стороны стальными лепестками, а башенка с сорока пяти миллиметровой пушечкой взлетела вверх и со звоном, которому позавидовал бы церковный колокол, брякнулась на дорогу. Удивительно, но даже оглушенный близкими взрывами Александр услышал этот звон. Очевидно, в броневике взорвалась боеукладка, и экипаж погиб прежде, чем сумел что-либо сообразить.
Бронетранспортер, идущий впереди, погиб не столь зрелищно – ни тебе взрывов, ни прочих спецэффектов. Тем не менее, он лениво горел, и, что характерно, выбраться из него никто не пытался. В борту его зияла дыра – ну да, эту машину из винтовки запросто изрешетить можно, вспомнил Александр, но предаваться размышлениям времени не было. Работа только началась, и стоило поторопиться, пока кто-нибудь не подъехал.
Слева раздался треск ППД – Павел не оплошал, в ступор впадать не собирался, и попросту садил из своего автомата в спину байкерам, шустро и бестолково. Тем не менее, попал – один из мотоциклов съехал в кювет, да там и остался. Оба немца не подавали признаков жизни. Второй же мотоцикл лихо развернулся и попер на засаду, поливая лес из МГ – немцы были не робкого десятка, и кое-какие шансы у них были. Вот только они неправильно определили место, из которого работал автоматчик, и их очередь прошла левее. В ответ по ним отработали два автомата, залив дорогу ливнем пуль – сейчас избыточная скорострельность этого не очень удачного оружия пошла на пользу, и немцы доехали до места боя уже в виде трупов.
Не теряя времени даром, Александр выпустил остаток магазина по кабине второй полуторки. Та, что шла первой, была надежно заблокирована подбитым бронетранспортером, а вот вторая имела шанс задним ходом протиснуться мимо броневика – тот был заметно меньше немецкого, да и стоял так, что дорогу полностью не перекрывал. Ну, шанс этот мог быть реализован только в случае, если водитель полуторки не потеряет голову от страха и сумеет моментально сообразить, что происходит. Проще говоря, хлипкий был шанс, но рисковать Александр не собирался.
Матерясь про себя на неудобный магазин, он перезарядил автомат, причесал из него головную полуторку и, пригибаясь, бегом кинулся к ней. Рядом тут же свистнула пуля – один из гансов успел мешком вывалиться из кабины, и, вместо того чтобы сваливать в лес, залег за передним колесом. Стрелять в него из автомата означало повредить машину, а как раз она-то нужна была целой. Поэтому Александр прыгнул в сторону, сбивая немцу прицел, и одновременно выдирая из кармана галифе ТТ. Выстрелы прозвучали почти одновременно – немец успел передернуть затвор своего Маузера, но прицелиться толком времени у него уже не было. Пуля ушла довольно далеко в сторону, а вот Александр не промахнулся…
Ну, первая половина дела была сделана – груз захватили быстро, даже ни одного колеса не прострелили. Теперь оставалось главное – доставить его к себе, то есть в точку перехода, а оттуда в свой мир. Александр рывком открыл дверь ближайшей полуторки – деревянную, настолько грубую, что художники-примитивисты удавились бы от зависти. Сразу же из кабины на него свалилось тело водителя, моментально отправившееся в кювет, чтобы не мешалось. Окинув взглядом внутренности кабины, чтобы предотвратить возможные сюрпризы, Александр залез внутрь, посмотрел на щиток приборов… М-дя-а, обстановка спартанская. И как на таких гробах, спрашивается, ездили? Тем не менее, на первый взгляд, этот пепелац вполне соответствовал тем описаниям и инструкциям, которые ему выдавали перед отправкой сюда. Замечательно. Даже мотор не заглох – тарахтит себе, будто ничего и не произошло. Крепкую технику делали предки, хоть и неказистую.
Александр выпрыгнул из кабины и увидел Павла, в нерешительности топчущегося возле второй машины. Чего он, спрашивается, ждет?
– Эй, ты чего там? Заснул? Или привидение увидел?
