– Родственники, – сухо ответил собеседник. – Мог бы и сам догадаться, не маленький. Именно то, что ты мой скольки-то юродный племянник и повлияло на выбор.
– Очень интересно. Только вот мне про вас никто и ничего не рассказывал. Мать… а я ведь взял ее фамилию… она ни про каких дальних родственников ничего не говорила.
– Естественно, не говорила – она и не знала. История давняя… Если хочешь и не устал, я тебе расскажу.
– Рассказывайте, – Александр налил еще чаю, щедро сыпанул в кружку сахару и, зацепив с тарелки горсть соленых крекеров, пересел в стоящее у стены офисное кресло, большое и удобное. – Спешить все равно некуда. Тем более, интересно же.
– Это точно. Итак, что ты знаешь про своих предков во время Гражданской войны?
– Ну, мой прадед воевал на стороне красных.
– И как он туда попал? – остро посмотрел на него Илья Анатольевич. – Ты в курсе, кем он был до революции?
– Управляющим небольшой пароходной компанией в Питере.
– То есть, человеком не бедным. И как же он стал красным?
– Насколько я знаю, у него дочь, сестра моей бабушки, старшая, кажется, во время революции погибла. Причем по вине то ли казаков, то ли еще кого-то, кто потом белых поддерживал.
– Да, так и было. И что ты еще знаешь?
– Служил. Был грамотный и неглупый, дошел до командира батальона. Ходил с Тухачевским на Польшу, там попал в плен. Поляков, как мне рассказывали, после этого ненавидел люто…
– Ну, в принципе, историю своего рода ты знаешь. Так вот, мой дед был братом твоего прадеда. Только оказался он на стороне белых. Воевал, и неплохо – до штабс-капитана дослужился. Ушел из Крыма с Врангелем, а потом вернулся – вместе со Слащевым.
– Слащев-вешатель?
– Булгакова начитался? Ну да, был за Слащевым такой грешок – он подавлял большевистское подполье, что, кстати, было абсолютно нормальным, и повесил несколько руководителей, что в то время тоже было в порядке вещей. Кстати, так как там в руководстве были практически одни евреи, то его потом обвиняли в антисемитизме, кстати, абсолютно незаслуженно. Евреи генерала потом, кстати, и хлопнули, ну да это к делу не относится. Но это уже совсем другая история, я потом тебе расскажу, если захочешь, а пока вернемся к нашим баранам. Итак, мой дед вернулся в Россию и, что интересно, никаких гонений потом не испытал. В Отечественную войну снова был призван, дослужился до майора, орденов на кителе, помню, столько было, что пулей не прошибешь. Его сын, мой отец, выбрал профессию военного, ну а я пошел по безопасности. Вот, в принципе, и все. О том, что у меня в России остались родственники, узнал года три назад, когда уже на вольные хлеба ушел, начал искать. Ну и нашел, причем, согласись, очень удачно.
– Интересная сказка, – Александр потер переносицу. – Даже если это правда, все равно как-то нереально получается.
– Можешь поверить, совпадения бывают и покруче.
– Бывают, – согласился Александр. – Ладно, пусть так. А вопрос можно? Не в тему.
– Задавай.
– Вот скажите мне… Меня этот вопрос как раз из-за прадеда интересует. Что там с Польшей было? А то пишут такое, что до сих пор понять не могу, кто прав, а кто виноват.
– А никто не прав. Были когда-то две соперничающие державы, причем Польша была сильнее. Про Лжедмитрия слыхал? Тогда ведь наши предки еле отбились, потеряв огромные территории, включая Киев. Это было обидно и сильно ударяло по престижу. Но когда сменилась эпоха, Польша резко отстала – ее армия была хороша на фоне средневековых, но на определенном этапе пришло время регулярных армий, и вот здесь ничего серьезного поляки банально не смогли создать. У них и страна-то фактически распалась – слабые короли, не имеющие реальной власти, и огромная куча дворян, которые тянули одеяло во все стороны. Закономерно, что потом их съели. Кусок Польши отошел России. Сомнительное, кстати, было приобретение, но не суть. Просто когда произошла революция, и этот огрызок получил самостоятельность, то была на международном уровне обговорена и согласована граница. А полякам захотелось большего – ну, они под шумок и хапнули то, что им ни с какой стороны не принадлежало. Тухачевский, с которым, кстати, тоже не все ясно, полез отбивать, получил по сопатке, и куча народу оказалась у поляков в плену. С пленными обращались, мягко говоря, сурово. Знаешь, немцы со своими концлагерями и близко к полякам не стояли…
– За это им и устроили Катынь?
– Не повторяй глупостей, что по ящику несут – дураком выглядеть не будешь. Там все было куда проще. Была в лагере группа поляков. Началась война – про них банально забыли. Ну, не было в тот момент ни сил, ни времени еще и этими трусами заниматься.
– Почему трусами?
