Все это было объяснено в доступной и вежливой форме, в присутствии все того же немца, который, перестав нервничать, начал объясняться по-русски вполне понятно, хотя и несколько замедленно. Хитрый, умный фриц… Если победят немцы – он в шоколаде. Как же, обеспечил в самом центре партизанского края островок спокойствия и стабильности. Еще и, когда будут раздавать землю, вот эту деревню себе и попросит. Наверняка попросит, и будет здесь "добрым барином", которого крестьяне на руках носить готовы. Ну а победят русские – так ведь он сумел защитить местное население от карателей, и может рассчитывать от этого на бонусы после войны. Вполне ясный и понятный ход мыслей. И деревенские это отлично понимают, но… их такие расклады устраивают. А что? Жить-то все хотят, и лишний шанс никому не мешает – вот и кормят гауптмана чаем с плюшками да оберегают от неприятностей. Серьезно оберегают, даже против вооруженных автоматами и обвешанных незнакомого вида оружием камуфлированных личностей непонятного происхождения выйти не побоялись. Скорее всего, и пришлых партизан отваживают. При этом сами тоже не просто так сидят, а вполне себе партизанят, только не здесь. Вон, и диверсантов из параллельного мира приняли вполне радушно, накормили, кстати, от пуза. То есть, опять же, они и в глазах немцев вроде как лояльные, и перед своими есть за что отчитываться. Что же, это – жизнь, и ничего тут не поделать. Главное, предъявить им никто и ничего не сможет. Хотя, говоря по чести, Александр не мог взять в толк, почему вообще чего-то предъявляли, особенно свои. Не смогли защитить – так в чем оказавшиеся в оккупации виноваты, даже если сидели на попе ровно и фрицам гадостей не делали? Не очень патриотично, конечно, однако так оно и есть – власть, не сумевшая защитить своих граждан, не должна иметь к ним претензий.
Хорошо еще, с транспортом помогли, хотя, как подозревал Александр, больше для того, чтобы поскорее спровадить опасных гостей куда подальше. Правда, обзавестись чем-нибудь колесным не представлялось возможным – ну не было в деревне даже завалящего мотоцикла. Разве что телегу реквизировать, но толку от гужевого транспорта будет немного. А вот лошади в деревне нашлись, причем, на их не слишком опытный взгляд, очень хорошие. Откуда? Да оказалось, еще в сорок первом, при эвакуации конезавода, немецкий самолет удачно отстрелялся по табуну и разогнал его так качественно, что собрать лошадей конюхи так и не сумели. Ну а практичные крестьяне живо наложили лапку на бесхозных непарнокопытных, организовав в лесу, подальше от чужих глаз, большую конюшню.
Вот и пришлось им снова ехать верхом, сопровождаемым юношей, по виду, вполне призывного возраста. Вьюнош тот должен был доставить их к месту назначения, а потом вернуться с лошадьми назад – на других условиях прижимистые селяне помогать транспортом отказались. Хорошо еще, платы не потребовали, хотя, конечно, нашли бы, чем расплатиться – в карманах у напарников лежали довольно увесистые пачки местных оккупационных марок. Ерунда, конечно, не настоящие – их за полчаса напечатали кучу, однако для местных сойдет. Ну да и ладно, все равно на лошади – это тебе не на своих двоих бежать от инфаркта к инсульту.
Кстати, и ехали тоже совсем не туда, куда планировали. Умные головы в той деревне моментально сложили два и два и сообразили, что диверсанты, учинив безобразие, будут быстро-быстро сваливать, и лошадей наверняка не отдадут. А если провожатый начнет протестовать, то ему и по лицу съездить могут. Александр, правда, больше склонялся к мысли о простреленных мягких тканях ноги, но, естественно, промолчал. Вот и прикинули деревенские: откажешь – возьмут сами, попытаешься скрутить – начнется стрельба, а вот если на кого другого стрелки перевести – тут уж, как говорится, возможны варианты.
Ну и перевели, намекнув, что по соседству, километрах всего-то в тридцати, если по прямой, имеется еще одна деревня. Вернее, деревень-то тут хватает, но эта ближе всех. И стоит там немецкий гарнизон аж в десять рыл, причем лютуют – жуть! А главное, у них транспорт есть – и мотоциклы, и грузовик. Причем с той деревни добираться до железки (Вы ведь железку рвать хотите, правда? Откуда знаем? Так вы не первые, кто ее подрывать идет.) куда удобнее. А до самой деревни проводят, конечно, в лесу шоссеек нет, но тропок, которые знают только местные, навалом, да и лошади по ним пройдут без особых проблем. Даже через болото пройдут, там гать старая, заброшенная, но крепкая еще.
Болото, конечно, оказалось забавным бонусом, но напарники, подумав, согласились. По тем же причинам – не хотелось устраивать драку с непредсказуемым итогом, да еще крошить пускай и иномирных, но соотечественников. В результате им живенько подали коней и с видимым облегчением спровадили куда подальше. Ну да, как говорится, Бог им судья, тем более что они и впрямь ничем пришлым диверсантам были не обязаны. Так, любезность оказали да тылы прикрыли. Себе и своему немцу. Плюс досаждающих им фрицев чужими руками покрошить захотели. Одно слово, прагматики.
