- Так прямо и сказал: «Найдите её друзей»? Как вы поняли, что это именно они?
Монах замолчал, явно не торопясь с ответом.
- Вращаем, - приказала она Модесту.
- Стойте, стойте! Барон прислал нам личное сообщение вчера, что особое внимание стоит уделить проезжим, у кого при себе будет мешочек со странными волосами. И надо же такому случиться - у Саира был как раз такой.
Айна замерла. «Так всё дело в волшебных волосах? Откуда барон Череш мог знать о них? Как вообще кто-то мог мог узнать про них? Если только... Неужели позавчерашнее обнуление дня могло вызвать непредвиденные последствия? Только при чём тут вообще барон?»
- Отпускай его, - скомандовала Айна и Модест не без разочарования на лице отпустил монаха на землю.
- Вы вроде как раз собирались к барону Черешу? - спросила она Модеста.
- Так и есть, - ответил вожак, отряхивая руки.
- Похоже, что задание барона уже выполнено. Но есть и хорошая новость. Я сама найму вас, если вы поможете мне с одним делом. И пойдём мы туда же, куда вы и хотели - к Замку барона Череша.
Саира вели по тёмному коридору, но теперь уже без мешка на голове. Стрелок подумал было, что это не очень хороший знак, но тычок чем-то твёрдым в спину быстро прогнал эту мысль из головы. Стараясь отвлечь себя, он стал запоминать дорогу. На всякий случай. Очередной тычок вывел его из себя.
- Можете хотя бы тыкать в разные места? А то мозоль натрёте, - проговорил он, не оборачиваясь, едва не подскользнувшись на влажной каменистой поверхности.
- Заткнись и иди, ушлёпок, - пробурчал стражник, снимавший до этого с Саира кандалы, и снова больно ткнул его в ту же самую точку между лопатками.
Когда они проходили мимо одной из обитых бронзовыми листами тюремных дверей, из-за неё вдруг раздался жуткий прерывистый гортанный стон, словно узник, находившийся в камере, потерял в отчаянии всякую надежду выбраться на свободу. Столько невыразимой боли содержалось в этом стоне, что Саир на секунду остановился. Тут же сквозь квадратное зарешеченное дверное окошко наружу просунулась морщинистая ладонь с чёрными, давно нестриженными ногтями и попыталась схватить Саира то ли за рукав, то ли за горло. Саир успел лишь заметить странные белесые полосы на пальцах жуткой руки и тут же инстинктивно отпрянул от неё к противоположной стене коридора. Один из стражников в мгновение ока обрушил на высунувшуюся пятерню свой кулак, от чего узник завопил, поспешно пряча руку назад.
- Однако... ногти узникам не мешало бы стричь хоть иногда, - заметил Саир, возвращаясь на прежний ритм ходьбы, пока стражники не сообразили ткнуть его в спину своими короткими мечами.
- Это особый узник, к нему нельзя заходить, - неожиданно ответил стражник помоложе. - Он покушался на самого барона год назад! Напал исподтишка, поранил ему лицо и ногу. С тех пор его высочество стал хромать. Даже суп этом гаду не даём, как другим. Тарелка через окошко пролазит только боком, и суп всё время проливается. Ни разу ещё не получилось не пролить.
- А сколько раз пробовали? - спросил Саир.
- Раза три. И всё время проливается.
Стражник резко замолк. Саир скорее почувствовал спиной, чем услышал, как соратник постарше гыкнул на него. Затем поледовало восхождение по многочисленным лестницам и ходьба по ещё более узким коридорам. До прихода в пыточную ему так и не довелось увидеть ни одного окна, а когда до деревянной двери оставалось не более пары шагов, окружавший Саира тусклый факельный свет погас в его глазах от обрушившегося на затылок сильного удара.
***
Саир сидел на стуле посреди большой светлой залы с высокими потолками и широкими распахнутыми настежь окнами, через которые в помещение проникал яркий дневной свет.
«А вот и солнце довелось увидеть. По крайней мере, одно из двух», - подумал Саир, облизывая пересохшие губы и пытаясь подвигать затекшими ладонями связанных за спиной рук. «Надеюсь, второе солнце не сунется сюда спасать нас с Байлуром. Обидно будет сгинуть тут всем стразу. Надо бы выбираться побыстрее. Только как?»
Он осмотрелся. В нескольких шагах от стрелка на полу стоял большой чан с водой. В противоположной стене комнаты потрескивал поленьями разожжённый камин. В комнате было тепло, поэтому очаг горел явно не для прогрева помещения. Выстроившиеся вдоль стены железные щипцы и другие странные инструменты намекали на разнообразие заготовленных для него пыток.
В комнате, практически лишённой мебели, находились, кроме него, ещё двое: стоявший рядом с Саиром высокий бородатый мужчина с бочкообразным телом. Живот его покрывал давно не стиранный вонючий фартук. После общения со сокамерниками Саир представлял себе истязателя «Два вопроса» несколько иначе. Несмотря на рост, вид у него был совершенно не грозный, а скорее пробуждал чувство сострадания к человеку, оказавшемуся здесь совершенно случайно.
