- Немного не так. Скорее, он на них обижен, что не уберегли родного гнезда. Вспомни, он практически последний из большой и дружной семьи. Остальные поумирали, а те, кто до сих пор здравствует, разлетелись по свету и родственниками особо не интересуются. Для деда Марата дом - священное место, а для поселившихся там после его смерти - недвижимое имущество в деревне. Чувствуешь разницу?
Петя медленно кивнул, начиная понимать.
- Он буянит именно поэтому? - спросил он.
- Да. Марат последний хранитель родового гнезда, и он остался на посту. Не знаю, что им двигало, но чувства, которые он при этом испытывал, были очень сильны. Они и запустили механизм превращения. Что получится в итоге, я не знаю, потому что чувства эти были отрицательными, а отрицательные эмоции и обида редко приводят к чему-то хорошему.
- А как же я? Я совсем ему чужой.
- Ошибаешься. Ты свой, деревенский. Жить в дом он тебя, конечно, не пустит, но гостеприимство окажет. Ты к нему с уважением, и он тебя не обидит. Он же не бес, не какая-то злая сила, а всего лишь обиженный старик. Пусть мертвый. Самое главное для нас то, что дед Марат присмотрит за тобой, чтобы, не дай бог, тебя в его доме не обидели. С учетом профессионализма наших убийц, такая защита лишней не будет.
- Почему Рустему так важно меня именно убить? - задал Петя волновавший его вопрос. - Вы же этого делать не стали? Хотя могли.
- Рустем заметает следы после неудавшейся операции. Как все красиво планировалось: он отыскивает Избранного, полоскает ему мозги, и Избранный обращается к представителю Даруты с просьбой о контакте. Он, представитель, благородно соглашается, а остальные цивилизации рвут на заднице волосы. Кстати сказать, в существование Избранных до сих пор никто особо не верил. Отсюда и лазейка в законе. У Предтеч же тоже были Избранные, и многое им позволялось! Вот МКС тоже решил выпендриться не по делу. Избранный имеет право просить о контакте! Никто не имеет права на контакт, если цивилизация до него не созрела. Рустем хоть и гад, но молодец, изящно придумал. Сейчас же у него земля горит под ногами, его операция вот-вот может стать достоянием гласности, а для него и его планеты это означает суровое наказание. Честно сказать, я не подозревал, что он настолько испуган и отважится на убийство Избранного. Нам нужны только сутки!
- Что вы придумали? - не сдержал любопытства парень.
- Детали операции не подлежат разглашению, - отрезал Антон Павлович.
- Понятно, - вздохнул Петя.
- Ты не переживай, дед Марат - отличный сторож. Мимо него и мышь не проскочит. К тому же, мы там порядок навели. Сейчас у Марата красота - чисто, аккуратно. Это всего на сутки, - повторил Антон Павлович.
- Да я же не спорю.
- Я тебя провожу, - засуетился Арменыч. - А может мне с тобой?..
- Нет, - Антон Павлович был непреклонен. - Идите лучше домой, Шотик Арменович.
- Так будет безопаснее, - несколько туманно объяснил он.
- До свидания, Петр, - Шотик Арменович потоптался на месте, зачем-то колупнул отслоившийся кусок краски с забора, - ты звони, если что. Мобильный у меня есть, с твоим спутниковым телефоном ты сразу дозвонишься.
Затем он развернулся и, слегка загребая ногами, побрел по центральной дороге.
Они досмотрели, как спина старика исчезает в потемках.
Петю ждало гостеприимство деда Марата.
ГЛАВАДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Петя открыл калитку Маратова дома и замер, как вкопанный. Старый дом больше не походил на последний приют старого призрака - он хвастался чистыми стеклами, взблескивающими в льющемся изнутри свете, и крытой толем крышей. Двор был тщательно выкошен. Оказалось, что хрупкие растения с желтыми колокольцами цветов, от которых сейчас и следов не осталось, скрывали под своей массой вполне себе целое мощение, состоящее из крупных разноцветных плит. Плиты, тщательно почищенные от годовых наслоений земли и листьев, складывались в незамысловатый узор. Идти по ним было приятно.
Он поднял глаза, с какой-то странной надеждой ожидая увидеть восстановленный балкончик, зеленые пузатые бока которого так притягивали его в детстве, но тут парня ждал облом: зеленые останки балкончика, ранее валявшиеся прямо под окнами, были отнесены к забору и аккуратно там сложены. Из трубы шел дым.
- В доме еще лучше, - подсказал из-за спины Антон Павлович. Все это время он терпеливо ждал, пока Петя насмотрится на изменения и, наконец, отомрет. Судя по голосу, изумление парня его порадовало.
- Когда только успели, - проворчал Петя для порядку и пошагал к дому. Антон Павлович следовал за ним.
Шеф Специального отдела не соврал: изнутри Маратов дом выглядел еще лучше. Новые занавески, чисто выметенные полы, чиненая мебель.... Все пространство полнилось сытным запахом тушеного мяса, приготовленного в печи.
Видя, как парень принюхивается, Антон Павлович счел нужным объяснить:
- Один из бойцов, которые тебя здесь охраняют, замечательно готовит. На уровне шеф-повара ресторана. Хобби такое у человека.
