Трогательной была наша встреча с юными гражданами Болгарии. Пионеры пригласили меня в свой дворец в Софии. Я им рассказал о далеких днях борьбы за освобождение их родины, о жизни счастливой советской детворы.
Правительство Народной Респуб лики Болгарии отметило меня, как участника освободительной войны 1877-78 годов, высшей наградой — орденом Георгия Димитрова".
Меня всегда поражали кипучая, неутомимая деятельность Хруцкого, его несломленная годами, поистине молодая жизнеспособность и энергия, высокое чувство общественного долга.
В подтверждение этого хочу привести несколько выдержек из писем Константина Викентьевича и Веры Никитичны Хруцких:
"Новостей у меня особенных нет. Имел очень большую нагрузку с проведением бесед в пионерлагерях, в доме офицеров, в центральной пожарной охране, в детприемнике, в театре имени Горького, где было много молодежи…"
"В прошлом году общество глухонемых избрало меня делегатом на VII Всероссийский съезд, который состоялся в Ленинграде. Кроме того, недавно опять был в Краснодаре на заводе имени Седина. Это очень большой завод, до пяти тысяч человек, я провел беседу. Замечательный был вечер. Мне подарили репродукции картин про русско-турецкую войну".
"Когда мне исполнилось сто пять лет, я получил двадцать восемь писем и восемнадцать телеграмм из-за рубежа, а местных шестьдесят…"
"Недавно побывали у меня перед отъездом на родину китайские товарищи, закончившие практику на новороссийских цементных заводах. А на днях сам был гостем на океанском пароходе "Иван Ползунов". Это судно возвращалось из Порт-Саида и готовилось в новый далекий рейс в Англию. На палубе мой рассказ о Болгарии с увлечением слушала вся команда".
"Живем по-прежнему. Несмотря на то, что Константину Викентьевичу исполнилось сто девять лет, он чувствует себя хорошо. К нам приезжал посол Болгарии Герасимов поздравить Константина Викентьевича с восемьдесят пятой годовщиной освобождения Болгарии от турецкого ига… пригласил нас на Первое мая в Москву. К празднику мы получили более двух тысяч поздравлений".
В большинстве случаев письма Хруцких были однотипными — "живем по-прежнему, новостей нет". И затем, как правило, следовал подробный перечень конференций, съездов, встреч, выступлений, собраний, поездок. Для них это было обычным и естественным.
6 января 1969 года Хруцкому исполнилось сто четырнадцать лет, а в феврале центральные газеты сообщили о кончине последнего ветерана русско-турецкой войны. Пришел предел и его фантастически долгому сопротивлению старости со всеми ее хворями и немощами.
В моей папке с письмами и фотографиями Хруцкого хранится последний документ, завершивший его сказочно долгий жизненный путь. Это номер газеты "Известия" от 18 февраля. На второй полосе небольшая заметка "Памяти героя Шипки": "В городе Новороссийске в возрасте 114 лет скончался герой боев на Шипке в период русско-турецкой войны 1877-78 гг. Константин Викентьевич Хрупкий. Имя этого человека известно всей Болгарии. Его хорошо знали и на родине ветерана. Константин Викентьевич Хруцкий как бы символизировал нерушимость дружбы народов СССР и Болгарии.
В связи с кончиной героя Шипки болгарские газеты опубликовали письмо ЦК БКП, Президиума Народного собрания и Совета Министров НРБ ЦК КПСС, Президиуму Верховного Совета и Совету Министров СССР.
