В первых числах ноября, обеспокоенный долгим молчанием Шаляпина, Телешов напоминает ему о своей просьбе:
Наконец, на Чистые пруды пришел долгожданный ответ. Вот письмо Шаляпина:
Надо отдать должное увлеченности и редакторской активности Телешова. Работа над сборником была завершена им в рекордно короткие сроки. Этому в значительной степени способствовала та готовность, с которой откликнулись на его призыв Бунин, Вересаев, Златовратский, Зайцев, Крашенинников, Чириков, Серафимович, Белоусов, Федоров, Семенов, Скиталец.
Особый вес сборнику должны были придать опубликованные на его страницах размышления Льва Толстого "О жизни и смерти" и четыре чеховских письма.
"Друкарь" вышел в свет в начале 1910 года и сразу же завоевал симпатии и внимание широкого русского читателя.
В нем привлекало все — и то, что он был напечатан в типографии известного всей России товарищества И. Д. Сытина, и то, что он являлся изданием вспомогательной кассы типографов. Привлекали имена и портреты писателей, многие из которых публиковались впервые, факсимиле их автографов на форзаце сборника, вклейка с фотографией памятника "Николы чюдотворца Гостуньского диякону Ивану Федорову".
И конечно же, добрые чувства в сердце русской передовой общественности в первую очередь пробуждали благотворительные цели "Дру-каря". Каждый, кто приобретал сборник, знал, что весь сбор от его реализации поступит на устройство в Москве Инвалидного дома имени Ивана Федорова для тружеников печатного дела.
Стихотворение Шаляпина "Заря" было напечатано в сборнике без редакторских правок. К нему была приложена репродукция с известного серовского портрета.
По своему характеру стихотворение несколько программно, но в каждой его строке ощущается могучее дыхание шаляпинского таланта, страстность, порыв, явная революционная патетичность. Каждая его; строка рождает образ, живописно зримый и яркий. Название стихотворения символично. Можно только пожалеть о том, что оно не было положено на музыку кем-либо из современных Шаляпину композиторов и не вошло таким образом в его репертуар.
Шаляпин создал эпоху в искусстве как певец и актер. Правда, в его письме из Кливленда к дочери Ирине от 2 января 1922 года есть фраза: "Ведь я в душе поэт". Однако его занятия поэзией были все же чисто эпизодическими и не выходили за рамки любительского увлечения, сопутствовавшего великому певцу в минуты его досуга.
И тем не менее, каждое его слово, каждая его строчка, напечатанные на страницах старых журналов и литературных сборников, это — драгоценные крупинки, переплавляющиеся в золотой слиток шаляпинского наследия.
Близится полночь. Давно опустела терраса небольшого загородного кафе, расположившегося почти у самой вершины горы. Вокруг единственной горящей лампы, опаляя прозрачные крылышки, вьется и кружится невесомый золотисто-изумрудный кордебалет мошкары, бабочек, мотыльков. Над нами все неистовей разгораются россыпи необыкновенно лучистых, ярких, как угли, звезд, кажется, стоит только поднять руку, чтобы почувствовать тепло небесного костра. Внизу, словно на дне необъятной пропасти, переливается нарядными разноцветными огнями ночной Сухуми.
