– О, я уверена, что в глубине души вы лелеете совсем другую мечту. И вы знаете, чего на самом деле хотите, однако не желаете признаваться в этом. Теперь, когда в вашей жизни появилась Алана, я думаю, ваши сокровенные мечты рвутся наружу, не желая больше томиться под спудом.
Когда Вулф слушал Марту, тревожные мысли проносились в его голове.
– Это напоминает сон, который мне стал сниться после трагедии, произошедшей с мамой, – сказал Вулф, снова наполняя бокалы.
– Он снится вам снова и снова?
Вулф кивнул.
– Да, я часто вижу большой старый дом из серого камня, с зубчатыми стенами. Он похож на родовой дворянский замок, какие можно встретить в английской глубинке. Дом стоит в зеленой долине, в окружении красивых деревьев и пастбищ, на которых мирно пасутся кони. За домом течет река, а перед ним расположен пруд, по которому плавают два лебедя.
– И какие чувства у вас вызывает эта картина?
– Самые приятные.
– А как вы себя чувствовали на ферме у Старого Китайца?
– Прекрасно! Я люблю сельскую местность. Шум больших городов, многолюдные улицы раздражают меня.
Марта улыбнулась.
– Все ясно! Это ваша сокровенная мечта пытается вам что-то сказать, со временем вы поймете свой сон.
Вулф снова наполнил бокалы и погрузился в молчание. Марта достала из кармана юбки черный бархатный мешочек и передала его Вулфу. Он перестал качаться в кресле и вытряхнул содержимое мешочка на ладонь. Это была цепочка с серьгой его матери.
– О боже, я думал, что навсегда потерял ее!
– Один из учеников Старого Китайца раздобыл ее для вас, – сказала Марта. – Надеюсь, когда-нибудь вы расскажете Алане историю, связанную с этой серьгой. Эта девушка заслуживает доверия.
Вулф надел цепочку на шею и спрятал серьгу под рубашку.
– Кто бы мог подумать, что через двадцать четыре года я вновь окажусь рядом с домом, в котором прошло мое раннее детство? Иногда у меня возникает чувство, что это не я нашел его, а он меня. О, как бы мне хотелось постучать в знакомую дверь, попросить впустить меня и пройтись по старому дому. Но разве меня впустят? Разве кто-нибудь выполнит абсурдную просьбу чужака?
Слезы навернулись на глаза Марты, но лицо оставалось спокойным. Она промокнула уголки глаз носовым платком и тихо рассмеялась.
– Простите меня. Я стала слишком сентиментальной.
У Вулфа вдруг все перевернулось внутри. Он оцепенел. Слезы, а потом тихий смех Марты отчетливо напомнили ему о матери.
Проснулись воспоминания, о существовании которых он и не подозревал. Волна сильных эмоций захлестнула его. Как он мог до сих пор не заметить, что его мать очень походила на Марту в эту минуту? Когда отец уезжал по делам, она часами сидела у горящего в камине огня. И просила у сына прощения за невольные слезы, а потом тихо смеялась. Она рассказывала удивительные истории из жизни, а также мифы и сказки. Вулф особенно любил слушать легенды о Мерлине и древние кельтские предания.
Перед мысленным взором Вулфа возникла мирная картина: у огня в кресле-качалке сидит женщина, похожая на Марту, но только более сильная и мужественная, и малыш с копной льняных волос. Его маленькие ножки не достают до пола, но он пытается раскачать кресло. Влажным пальчиком он водит по ровным маленьким зубам. Мягкий певучий голос матери усыпляет его.
О, этот голос и эти слова вселяли в его душу чувство безопасности, защищенности! Он знал, что его любят. Жизнь казалась ему легкой и беззаботной. Вулфу и в голову не приходило, что скоро все изменится и его мир рухнет, что мать погибнет, а отец так и не вернется из деловой поездки. Он еще не знал, что люди умирают…
– Ваш голос напоминает мне голос матери, Марта. Но, правда, есть одно небольшое отличие.
– Какое именно?
– Мама говорила с шотландским акцентом.
– Вы уверены? В Бостоне живет много выходцев из Ирландии, а вот шотландцев можно по пальцам перечесть. Хотя ирландский и шотландский акценты схожи.
Вулф покачал головой.
– Я их различаю. Нет сомнений, что у мамы был именно шотландский акцент. – Он снова стал раскачиваться в кресле. – Хватит говорить обо мне. Расскажите мне о своей жизни здесь, в Бостоне.
Мягкий певучий голос Марты успокаивал его. От него прояснялись мысли и воспоминания. Они проносились в голове Вулфа, как морские волны.
Старый Китаец называл его странные сны пробуждением. Он говорил, что скоро в душе Вулфа очнутся призраки погребенных воспоминаний.
Марта вдруг замолчала, и Вулф повернулся к ней.
– Простите, что вы сказали?
– Я сказала, что изучала значение имен, Вулф. Вас интересует, что означает ваше имя?
Вулфа охватило волнение.
– Родители назвали меня Уолфордом. Мое полное имя – Уолфорд Арчибальд Грей. Звучит довольно смешно, не правда ли?
– Но в детстве, как я понимаю, вас называли просто Вулфом?
Он кивнул.
– Да, насколько я помню. Мне уже тогда не нравилось имя Уолфорд или уменьшительное Вулфи.
В одном из темных уголков его памяти вспыхнула картина. Он снова увидел свою милую, дорогую маму, такую нежную и душистую, лежащей на кровати с безвольно свесившейся рукой.
Холодок пробежал у него по спине. Вулф закрыл глаза, чувствуя, как у него заныло сердце.
