- А второй момент? - внутренне цепенея от ужаса, пробормотал Дзинтарс.
- А второй... Кроме регулятора боли, в твое тело встроена ампула с ядом. Яд... очень неприятный. Посмотри, как он работает, - инвалид придвинул ноутбук ближе, нашел какой-то файл и щелкнул мышкой. На экране появилось изображение человека, привязанного к койке, которому что-то вводят в вену. - Это видео снято известной террористической организацией... Вот, началось, смотри внимательно!
Спустя несколько минут Рейнис закрыл глаза от ужаса.
- Уберите это, пожалуйста, - всхлипнул он. - Я все понял! Я понял!
- Видео длинное, - удовлетворенно проговорил инвалид. - Он так умирает почти шесть часов... Не надо больше ничего объяснять?
- Нет, не надо, пожалуйста, я все сделаю...
- Сделаешь, конечно, куда ты денешься, - мрачно проговорил второй, допивая янтарную жидкость. - И от того, как ты это сделаешь, будет зависеть твоя дальнейшая судьба.
Через полчаса Рейниса высадили из машины недалеко от его дома, в безлюдном портовом районе. Высокий и здоровый парень в разгрузке и с автоматом молча отдал ему ключи от джипа. После чего доставившая его машина исчезла, а Дзинтарс остался один на улице и тяжело вздохнул. Череда неприятностей закончилась. Теперь начались серьезные проблемы.
Лика взбила подушку, привычно уложила ее в угол, оперлась на нее спиной и щелкнула зажигалкой. Желтоватый огонек отразился в капельках пота на ее коже. Затянувшись, девушка выпустила облако дыма и подсунула пальчики ног под мою ладонь. Я машинально погладил ее маленькие ступни, любуясь искорками, возникающими в ее глазах, когда свет от фар проезжающих машин падал на зеркало небольшого трюмо, стоящего рядом с нашей кроватью.
- Как невероятно мне повезло с тобой, - пробормотал я, продолжая разглядывать ее обнаженную фигурку.
- Расскажи, как? - серьезно проговорила она, вновь затягиваясь вишневым дымом.
- Знаешь, я где-то читал, что брак только тогда остается с годами крепким, когда в партнере ничего не раздражает. И с годами даже самая маленькая раздражающая черта приводит к разрыву через сколько-то лет. Удивительно, но я не нахожу в тебе ни единой такой черты...
- Да ладно, - улыбнулась она и продемонстрировала зажженную сигарету. - Даже это?
- Угум, неверное, я извращенец. Но мне нравится!
- И то, что я необразованная малолетка?
- От этого вообще в восторге, - усмехнулся я.
- И то, что я, до сих пор иногда кричу ночами от страха?
- Только хочется обнять тебя посильнее...
- Ты точно извращенец! - Усмехнулась она. Потом вдруг погрустнела, я это сразу почувствовал. - Тебе пора?
Я только кивнул, не двигаясь с места. Как знать, чем закончится наша маленькая война? Я не хотел терять ни мгновения, наслаждаясь этим чудом.
- Все будет хорошо, Тюша! - Вдруг сказала она, прочитав мои мысли. - Ты победишь. И я буду рядом.
- Ты все помнишь? - Не мог не спросить я.
- Да, - она кивнула, туша сигарету в пепельнице. - Если база получает "красный сигнал", я с Викой, Леной и Таней, а также с Сергеем ухожу через ход. Мы садимся в машину и едем к литовской границе. Переходим через окно. И там я жду твоего звонка на литовский номер.
- Умница, - вздохнул я, потом привстал и коснулся губами ее коленки. - Я в душ.
- Все будет хорошо, - снова повторила она, а я почувствовал, как ей страшно. И как она крепится...
Одевались мы одновременно. Она - колготки, джинсы, ботинки и свитер, я - пятнистый комбинезон, броник и разгрузку.
- Это обязательно? - спросила Лика, показывая на маленькую кобуру с плоским 239-тым зиг-зауэром, который я ей вчера подарил.
- Угум, - кивнул я, запихивая в карманы разгрузки магазины к автомату. Несмотря на то, что воевать я не собирался, Гордеев посоветовал быть готовым ко всему. Людей не хватало, телохранитель сегодня у меня будет только один, а случай с Артемом недвусмысленно напоминал - надо быть готовым даже к предательству. Сунув в кобуру старый добрый "вальтер", я немного попрыгал - не звенит ли чего, потом помог Рыжику закрепить кобуру на ремне, куда она сунула пистолет и прикрыла свитером. - Покрутись... Отлично, почти не выпирает. Патрон держи в стволе.
- Да помню я, помню, - погладила она меня по руке. - Не волнуйся так.
- Не могу не волноваться, - пожал плечами я и взял со стола свой "двухсотый" АК под натовский патрон. - Пошли.
На первом этаже нас уже ждали - Лику - ее новая телохранительница Татьяна и Сергей, который, если что-то пойдет не так, должен будет вывезти в Литву Рыжика и жену Гордеева с ребенком, а меня - Игорь, с ним мы направились в командный центр. Никогда не любил долгие прощания. Коснувшись губами Рыжика, я кивнул Игорю, и мы вышли во двор, под мокрый снег, летевший почти параллельно земле.
Командный пункт помещался в ангаре, рядом с "Цитаделью". Пройдя под прицелом крупноколиберного пулемета, мы зашли в приоткрытую дверь, где я, под пристальным взглядом бойца охраны приложил ключ-карту к замку и, дождавшись сигнала, вошел внутрь.
