Струве: левый либерал 1870-1905. Том 1 полностью

Два дня между Струве и его визитерами шли горячие споры, посвященные вопросам стратегии, однако необходимо заметить, что решения, принятые в ходе этих споров, никак не сказались на будущем либерального движения в России[678]. Несмотря на существование уже двух партий социалистов (эсдеки и эсеры), Милюков хотел организовать собственную партию, для которой было необходимо сформулировать конкретную политическую программу. Струве же мыслил более широко — в общенациональных масштабах. Он стремился поднять на борьбу с царизмом все силы — политические организации, социальные группы, этнические меньшинства. Фактически он хотел сформировать то, что на более современном политическом языке стало называться «народным фронтом». Однако прежде чем формировать такой фронт, необходимо было создать достаточно специфическую программу, руководствуясь которой, можно было бы разрешать неизбежно возникающие разногласия[679]. Иными словами, Милюков и Струве пытались идти настолько разными путями, что конфликт между ними, положивший начало их политическому соперничеству, был неизбежен; это соперничество, то затихая, то вспыхивая с новой силой, тянулось около сорока лет, вплоть до смерти обоих; однако можно сказать, что в данном конкретном случае победителем оказался Струве. Вняв его доводам, конституционалисты решили пока не составлять собственной политической программы и приняли антимонархический лозунг в его открыто-негативной форме. В итоге вместо либеральной партии появилось «освободительное движение», идею которого Струве вынашивал с 1899 года. И в течение 1902–1904 годов, то есть того периода, на протяжении которого решалась судьба самодержавия, либеральное движение придерживалось той стратегии, автором которой был Струве.

Удачно складывались и редакторские дела Струве. Шаховской и Львов передали ему 100000 рублей — сумму, собранную их коллегами для издания конституционалистского органа. Вообще, с этого момента конституционалисты взяли на себя основную часть финансовых забот Освобождения и сопутствовавших ему изданий. Они занимались этим несмотря на то, что Струве настоял на сохранении всей полноты редакторской независимости, обещанной ему Жуковским. В итоге Струве создал издание столь специфического характера, что ему трудно подыскать аналог в истории русской эмигрантской журналистики. Освобождение (как он сам писал в одном из писем) «не являлось ни органом какой-либо революционной группы, ни частным предприятием редактора», оно было общей трибуной для всех, кто стремился к «фундаментальной мирной трансформации совершенно несостоятельного бюрократического режима»[680]. Принято думать, что Освобождение было официальным органом сначала — земских конституционалистов, а затем — Союза Освобождения, после его образования в 1903–1904 годах, однако в действительности дело обстояло не совсем так. На самом деле это издание не зависело ни от управлявшего им редактора, ни от финансировавших его конституционалистов[681]. Наилучшим образом феномен Освобождения может быть описан словами «общенародная трибуна».

Напечатанная в первом номере Освобождения программа Милюкова была поддержана лично редактором издания, поскольку выражала взгляды группы «российских конституционалистов». Однако в параллель с ней Струве напечатал политическое заявление земцев, отражавшее гораздо более консервативные взгляды. Так что в конечном итоге программа конституционалистов фактически ни к чему не обязывала ни напечатавшее его издание, ни его сотрудников, ни его сторонников.

Первый номер Освобождения вышел 18 июня/1 июля 1902 года. Его выходу предшествовала буря возмущения, поднятая социал-демократами, поскольку Дитц ошибочно заявил это издание как орган их партии. Ленин был вне себя от ярости, но, когда спустя несколько дней Vorwàrts, газета немецких социал-демократов, напечатала внесшую ясность поправку Струве, социал-демократы успокоились[682].