— Эй… Мики? Ты же спишь, да? Ты же спишь, верно? — задавал вопросы мальчик, хоть и прекрасно осознавал ответ, — Пожалуйста… открой глаза… Открой глаза, Мики! Мики! МИКИ! — кричал он.
— Тест на буйство причуды начался! — послышался уже знакомый всем женский голос, который принадлежал той женщине, что вколола в шею мальчика шприц с голубым содержимым.
Мальчик же долго плакал, держа в руках тело своего друга. От такого зрелища всем зрителям стало не по себе. Марк, Карл и Клаус сжали кулаки и вжались в свои места, стараясь перебороть волну негативных эмоций, что прямо сейчас накатывала на них при виде подобной жестокой и ужасной картины.
— Уроды! — с расширенным от ужаса глазами произнёс Марк.
— Тише! Они тебя услышат, — тут же постарался заткнуть его Карл.
Мальчик не мог сдержать свои эмоции, плача навзрыд и прижимая лицо к голове своего друга. Он пребывал в пучине отчаяния, его тело дрожало от сильных судорог, вызванных неудержимым горем. Его плач наполнял всё помещение, отражая глубину его тоски и боли. От такой нестерпимой сцены сердца всех зрителей сжимались от собственной беспомощности и горечи, что они переживали вместе с этим мальчиком.
Слезы на его щеках пересекались с пылью и каплями пота, создавая маску отчаяния на его молодом лице...
Но внезапно он перестал плакать. Его лицо стало безжизненным, а взгляд потускнел, словно потерял все смыслы и эмоции.
Он устремил свой пустой взгляд в камеру, словно непосредственно сквозь экран смотрел на всех присутствующих зрителей, включая Марка, Карла и Клауса.
— Приборы показывают, что активность причуды мальчика растёт! — прокричал неизвестный голос.
— Она растёт очень быстро! Это не по плану! Нужно остановить эксперимент! — прокричал второй
— Боже, его эмоциональное состояние находится на пике! Буйство активируется! — объявил третий.
Мрак пронизывал его глаза, словно черная бездна, полная тайн и ужасов, которая уничтожала любую искру живости, что ещё могла остаться в нем. Он смотрел на всех с презрением и устрашающей решимостью, что отражалась в его безжалостном взгляде. Нетронутая трагедия в его сердце пробудила нечто мрачное и чуждое, что теперь медленно, но неотвратимо начинало затмевать последние капли его человеческой души.
— Нельзя останавливать эксперимент! Продолжаем! — приказал женский голос.
— Но это может перерасти в катастрофу! — ответил ей один из работников.
