Разум потихоньку приходил в себя, восстанавливая картины прошедших событий, от чего становилось не по себе. После полученных травм я должен был сгинуть, но в данный момент я находился в сознании, что означало, что у Потрошителя не получилось меня прикончить. Учитывая то, что я находился в чужом и совершенно незнакомом для меня помещении, я с уверенностью мог полагать, что меня спасли, но вот только кому это понадобилось? Зачем кому-то спасать злодея, которого хотят прикончить больше половины действующих героев США и Японии? Да и не только они. Быть может, надо мной хотят поиздеваться? Хотят сломать меня ещё больше? Хотят увидеть моё отчаяние? Вполне возможно, да только кандалов на руках я не вижу, да и на ногах не чувствую ничего, что помешало бы мне прямо сейчас сбежать. Настолько уверены в своём превосходстве надо мной, что решили ничем не сковывать? Смелые.
Надо было уходить. Я не мог задерживаться в незнакомом месте ещё больше. Учитывая то, что никогда в тот момент со мной рядом не было, это был прекрасный шанс для побега, и я решил воспользоваться им по полной, потому тут же потянулся вперёд и…
И с громким болезненным криком упал на подушку назад.
Настолько сильной боли я ещё никогда не чувствовал. Область в районе живота ныла с такой силой, будто бы прямо сейчас оттуда из моей плоти вылезет Чужой. От таких неприятных ощущений аж в глазах потемнело, а разум вновь решил устроить длительный заплыв на большую дистанцию.
Попытка побега была обречена на провал. Вероятно, именно по причине моей серьёзной раны меня никто и не охраняет прямо сейчас. Они прекрасно понимают, что я не смогу сбежать, потому и относятся ко мне спокойно. Я недооценил их ум и их смекалку, а также весьма переоценил возможности собственного тела и свой же интеллект. Очередное поражение, Син. Неужели я всё же дошёл до такого этапа в своей жизни, когда меня будут ждать лишь проигрыши и неудачи? Чёрт, не думал, что меня это так быстро настигнет.
— Ты всё же очнулся, — прозвучал мужской голос со стороны, — Я уж думал, что ты так и откинешь копыта, но у тебя всё-таки хватило упрямства выжить. Достойно, пацан.
Я медленно обратил свой взгляд в сторону источника нового шума, после чего увидел большую и достаточно крепкую мужскую фигуру, очертания которой размывались из-за нахлынувшей на всё тело боли. Несмотря на некоторые помехи в ушах, что были также вызваны неприятными ощущениями, мне почему-то показалось, будто бы я знаю человека, что прямо сейчас говорил со мной. Быть может, заплывший разум помешал мне сразу определить неизвестного.
— Хорошо же тебя отделали, — продолжал он, войдя в небольшую комнату, в которой я находился, — Множество мелких переломов, несколько трещин в рёбрах, большое количество порезов разной глубины и сквозная рванная рана. Любой другой бы на твоём месте уже умер бы, но не ты. Это даже как-то странно, если вспоминать, с каким выражением лица я обнаружил тебя.
Загадочный аноним, пока говорил, медленно прошёл мимо меня, взял стул и поставил его рядом с диваном, после чего грациозно приземлился на него своей пятой точкой. Боже, как же в тот момент у меня болела голова, а этот… плохой человек ещё и лишний шум создавал. Если бы не слабость в теле, вероятно, я бы уже прикончил его, но, так как я сейчас косплеил инвалида, который ещё не осознал, что он инвалид, я не мог ничего сделать ему, потому мог лишь об этом мечтать, но и это, скажу я вам, был довольно-таки приятный процесс.
Настал момент, когда моё зрение перестало размываться, а разуму надоело навёрстывать пятнадцатый круг в большом мозговом озере, и тогда я мог в полной мере разглядеть лицо мужчины, что общался со мной. Когда его черты прояснились, на моём лице тут же появилась небольшая улыбка, а глубоко внутри аж немного потеплело.
— Дженсен, — хриплым голосом произнёс я, пытаясь хоть как-то выглядеть нормально, что, как вы понимаете, не получалось, — Не думал тебя здесь встретить. Рядом проходил?
Бывший солдат в ответ на мои слова тоже улыбнулся. Конечно, шутить у меня сейчас получалось из рук вон плохо, но, вероятно, появление прежних черт моего характера показалось ему хорошим признаком, что моя жизнь всё-таки продолжится, а не оборвётся на половине пути.
— Доброе утро, соня, — тепло произнёс он, — Как спалось?
— Просто ужасно, — не стал врать я, — Сны какие-то бредовые, разум с памятью барахлят, да и тело мешает комфортному сну. Я больше привык спать на боку, а не на спине.
— Ну, это дело поправимое, — покачал головой Дженсен, — Я слышал крик. Пытался встать?
— Не получилось, — ухмыльнулся я, — Тело ещё не успело восстановиться после произошедшего. Кстати, сколько я тут?
— Ты не приходил в сознание четыре дня, — от этой информации я был порядком так удивлён, — После того, как я обработал и зашил большинство твоих ран, ты не просыпался. Я уж подумал, что мне придётся нести тебя в настоящую больницу, а не оставлять в центре народной медицины.
