— Тут же играет роль моя причуда, — усталым голосом произнёс Син. — Иногда мне приходится слегка корректировать своё лицо при помощи неё, но это не так уж необходимо. По сути, в США очень много иностранцем, и появление ещё одного никого не должно удивлять. Местные уже привыкли к инородным лицам, так что в большинстве своём никто не обращает на меня никакого внимания. Конечно, если они узнают во мне преступника, которого каждый день показывают по ТВ, будет очень плохо, но все настолько устали от подозрений и ужасных происшествий, что… им просто всё равно на прохожих. Они забили себе в голову, что злодеи не будут ходить среди них, и что они появляются только при преступлениях, а такое точно не получится проигнорировать, потому все сохраняют спокойствие и некоторое отчуждение, когда ходят по оживлённым улицам. Да и зачем им волноваться, если такой злодей, как я, например, решит взорвать ещё один район? Они просто не заметят, как их жизни исчезнут, потому никакого страха нет.
Тодд внимательно слушал ответ своего собеседника, и с каждым его словом удивлялся всё больше и больше. Для него, как для бывшего солдата, участвовавшего в настоящей войне, всё сказанное Сином казалось очень сложным, умным и удивительным. Дженсен понимал, что он сам не был способен, например, выучить несколько языков, да ещё и в совершенстве — он то свой родной иногда с трудом вспоминал, а тут ещё и другие, которые в корне отличались от привычного ему.
— Это знание языков, к слову, не раз помогало мне познать чужую культуру и многие её аспекты: мне удавалось смотреть фильмы с оригинальными голосами, слушать иностранную музыку и понимать её, а ещё у меня была возможность общаться с иностранцами на их родном языке, — подросток в это время легко улыбнулся под маской. — Последнее, конечно, начало осуществляться лишь относительно недавно, но вот всё остальное пришло в мою жизнь в детстве, — взгляд его слегка опустился на землю. — Точнее, в то, что от него осталось.
— Но тебе же было примерно шесть лет, когда ты стал жить свободной жизнью. Разве эти года не считаются детством? — вновь проявил свою некомпетентность в разговорах Дженсен.
— Понимаешь, когда твои первые осознанные годы проходят под флагом насилия, убийств, потерь и всей другой жестокости, остальные года, проведённые в свободе, не кажутся такими радостными, весёлыми и цветастыми, какими могли бы быть.
Дальнейший их путь прошёл в абсолютной тишине. Тодд никоим образом не хотел как-то задеть подростка своими вопросами, но у него это получилось, и он чувствовал себя виноватым в этом. Конечно, он понимал, что грусть, тоска и некоторая злоба парня должны рассеяться, когда они достигнут нужного места, но совесть съедала его изнутри, обвиняя в том, что он сделал больно своему собеседнику.
— Куда мы направляемся? — подал голос Син, когда они преодолели ещё один светофор, выходя на другую улицу.
— Скоро увидишь, — заговорил загадками бывший солдат, желая сделать подростку некий сюрприз.
— Меня слегка настораживает эта неизвестность. Ты точно не хочешь прикончить меня? — с иронией в голосе поинтересовался Айкава.
— Я бы мог сделать это в любой момент прошедшего месяца, но не стал. С чего это я должен сделать это именно сейчас?
— Люди бывают крайне странными в своих поступках, Дженсен, так что даже такой возможности исключать я не стану.
— Не доверяешь мне?
— Ты сам пытался весь прошедший месяц вдолбить мне в голову, что никому в этом мире нельзя доверять. Я лишь просто следую твоим урокам.
— Умничаешь?
— У меня просто память хорошая.
На это заявление Дженсен лишь ухмыльнулся, после чего они оба перешли ещё одну дорогу, оказавшись рядом с тем местом, куда, собственно, всё это время они направлялись. Конечную точку знал лишь мужчина, а вот подросток продолжал находиться неведении. Однако, взглянув в сторону и увидев весьма примечательный объект, который можно было разглядеть даже с большого расстояния, Син не мог не задать вопрос:
— Всё это время… мы шли сюда? — слегка растерянно и неуверенно произнёс он.
— Да, это так, — решил больше не скрывать бывший солдат, встав прямо напротив входа в нужное место.
— Но… зачем?
— Зима настала, но снега ещё нет, так что это место всё ещё продолжает работать. Как только наступят настоящие холода, всё здесь позакрывают на зимовку, потому я решил, что было бы неплохо, если бы мы смогли посетить это место до его закрытия, — объяснился мужчина.
— У нас… какие-то планы на парк развлечений?
