Мужчина и подросток наблюдали живописный пейзаж, наполненный различными аттракционами и архитектурными композициями. Здесь были яркие аттракционы, сверкающие горки, карусели с яркой подсветкой, множество игровых автоматов и стендов с едой. С весельем и радостью в воздухе, парк кипел жизнью: смех детей, восторженные возгласы посетителей, звуки музыки и звон различных аттракционов сливались в мелодичную симфонию развлечений. Группы людей разного возраста наслаждались атмосферой праздника и веселья. Некоторые бросали вызов гравитации на американских горках, в то время как другие предпочитали просто гулять и наслаждаться атмосферой парка. Аттракционы вращались и поднимались в воздух, освещенные яркими огнями и создавая впечатление праздника и веселья.
— Да, — ответил Дженсен. — У нас определённо есть планы на это место.
— И что же мы будем делать? — всё ещё интересовался Син, не понимая ситуации.
— А что люди предпочитают делать в таких местах? — задал риторический вопрос бывший солдат, выйдя слегка вперёд, после чего повернулся лицом к своему собеседнику, развёл руки в стороны и улыбнулся. — Мы пришли сюда развлекаться, Син!
Казалось, что в этот момент Айкава выпал из этого мира, ведь то, что он услышал от мужчины, было в их ситуации… неразумным, глупым и чертовски опасным.
Но при этом это обещало быть весело.
* * *
Аттракционы явно не входили в планы Айкавы, а уж поездка на американских горках так и вовсе никогда не была в мечтах парня. Тем не менее сегодня он мог мало что сделать с желанием Дженсена, который решил показать подростку, что такое «настоящие развлечения». Он с самого начала был против получения такого опыта, ему не нравилась сама идея развлекаться, пока за ними обоими идёт самая настоящая охота, но бывший солдат был упрям и надоедлив, потому Сину оставалось лишь поднять руки в жесте капитуляции и принять предложение мужчины. Как результат — теперь у подростка дрожали ноги, кружилась голова и появилась новая фобия. Настоящее развлечение — ничего не скажешь!
Лицо Сина под маской приобрело бледные оттенки, а желудок внутри него, казалось, испытывал адские ощущения. Он еле сдерживал себя от рвоты, но позывы тоже не сдавались, становясь всё сильнее и сильнее с каждой минутой. Благо, парень уже стоял на земле, а не сидел в подобии вагонетки, мчась с бешеной скоростью по неустойчивой конструкции. В этот момент подросток понимал, как на самом деле ему важно чувствовать землю под ногами — он всей душой и сердцем влюбился в это ощущение.
Его мнение о бывшем солдате в корне изменилось. Если раньше Айкава считал его спокойным, понимающим и даже душевным человеком, то сейчас он видел в нём лишь садиста, которому нравится издеваться над другими людьми. Опыт подростка на горках отчётливо показал ему это. Дженсен точно наслаждался его криками во время сей небольшой поездке по грани ада, и теперь Син не мог в полной мере доверять этому человеку.
— Выглядишь хреново, — произнёс Тодд, смотря на бледного парня.
— Ещё бы, — сквозь зубы процедил Син. — Я же говорил тебе, что это плохая идея! Как таким вообще наслаждаться то можно?!
— Не обманывай меня! Я слышал, как ты кричал от удовольствия!
— Я кричал от страха! — с возмущением выкрикнул Айкава, но тут же притих, ибо своими криками он мог привлечь к ним ненужное внимание. — Я не получаю радость и удовольствие от подобных вещей. Что за аттракцион самоубийц?
— То есть, когда ты сражаешься с самым сильным героем страны, осознавая, что можешь лишиться жизни, ты страх не испытываешь, но вот на обычном аттракционе, на котором катаются даже дети, ты испытываешь сильный страх, так? Как это вообще работает?
— Перед подобной битвой ты осознаёшь, что можешь умереть, и ты даже можешь предугадать, как это произойдёт. Здесь же ничего не понятно! Ты хоть чувствовал, как рельсы под нами тряслись? Они же могли рухнуть в любой момент!
— Если бы так произошло, мы бы успели применить свои причуды, дабы уцелеть.
— В такой обстановке у меня бы не получилось придумать что-то нормальное! Единственное, в чём бы я помог себе своей причудой — в скорости отложении кирпичей себе в штаны!
— Как грубо.
— Я просто… чертовски боюсь неизвестности.
Айкава подошёл к ближайшей свободной скамейке и плюхнулся на неё, дабы прийти в себя и перевести дыхание. Ему всё ещё было очень плохо, так что требовалось время, чтобы всё вернулось в норму. Дженсен решил тоже воспользоваться небольшой паузой для передышки, потому через мгновение тоже оказался на этой же скамейке, присев рядом с подростком.
— Ты не очень хорошо контролируешь свою причуду, да? — решил задать интересующий его вопрос Дженсен. — Во время спуска с вершины я заметил, что ты пытался активировать свою причуду, но через две секунды тут же прекращал. Пытался её использоваться в стрессовой ситуации? Или же она сама начала активироваться?
