Не удивлюсь, если он сам подстроил все события так, чтобы спасти Альфреда и сделать его своим слугой — это было вполне в его духе. Однако, сколько бы я ни пытался размышлять на эту тему, мне так и не удалось понять, зачем отцу понадобился слуга, да ещё и конкретный человек. Его логику, конечно, сложно понять, но большинство его действий имели в себе хоть какую-то логику, и спасение семьи старика явно было её лишено.
Впрочем, не всё равно ли? Быть может, Кенджи когда-то был благородным парнем, который думал о жизни других, и лишь позже он превратился в монстра, что беззаботно и с азартом игрался с судьбами и жизнями людей. У каждого злодея должны быть своя история становления плохим парнем, и мой отец точно не является исключением. Всё-таки не всегда же он был таким мудаком, верно?
Изо дня в день я не мог ответить на главный вопрос, что теперь беспокоил мой разум — что дальше? Ни один из вариантов не нравился мне настолько, чтобы я мог сделать уверенный выбор, принять решение, о котором я не буду жалеть. Всё, что мне хотелось — это лишь смотреть на город, пить что-то вроде вкусного чая и размышлять о том, какой фильм стоит посмотреть этой ночью. Жизнь затворника — вот мой новый идеал! В Японии из-за этого ко мне бы плохо относились, считали бы меня мерзким, бесполезным и никчёмным, и я сам когда-то судил людей подобным образом, но сейчас… я не мог не придумать ничего лучше этого. Быть может, я всё ещё не смог отойти от произошедшего, ибо столько всего свалилось на меня в один день. Не каждый мозг и разум переварит историю подростка, что страдал отчасти по твоей вине, историю отца, который всю жизнь хотел отомстить руками собственного сына, в результате чего полностью разрушил жизнь того, и встречу с другом детства, которого до этого времени считал мёртвым, и не каждый мозг сможет переварить то, что произошло после последнего — умертвление остатков этого самого друга.
Удивительно, как я вообще не лишился рассудка после всего этого.
Всё бы продолжалось так и дальше, если бы в один день Альфред не решил вручить мне то, что так долго скрывал.
После этого произошло событие, что в очередной раз поменяло ход вещей в моей жизни.
* * *
— Это вам, молодой Господин, — произнёс Альфред и любезно протянул мальчику коробку небольшого размера.
— Что это? — слегка удивился подросток, поднявшись с кровати и взяв в руки отданный ему предмет. — В ней бомба? Или же там надпись «посмотри на урода» и прикреплённое ко дну зеркало?
— Хорошо, что вам стало лучше, — приятно улыбнулся старик. — Уже шутите спокойно.
— Боюсь, что не всё так хорошо, — Син аккуратно поставил коробку на ближайшую тумбу. — Скорее, это обычная защитная реакция организма, нервная система которого находится на грани. Если бы не было этой защиты, наверное, я ещё в тот момент полностью лишился рассудка, — он говорил явно про день судьбоносного сражения с отцом.
— Вы очень похожи на своего отца, — придался воспоминаниям Альфред, взяв чашку с чаем с небольшого столика, что находился рядом с кроватью, на которой сидел его собеседник. — Господин тоже часто прятал истинные эмоции за шутками, улыбками и ухмылками.
— Прятал истинные эмоции? — слегка удивился Син. — Разве он переживал о чём-то?
— Вы не знаете его так, как знаю его я, — старик отхлебнул немного содержимого чашки. — Он… не совсем такой, каким старался выглядеть.
Слегка занервничав от нахлынувших воспоминаний, Альфреду пришлось поставить чашку на место, ибо его руки сильно задрожали. Пройдя ими по своим седым волосам, он опустил взгляд и тяжело вздохнул.
