– …а то я – (шёпотом, как заговорщица!) – жутко боюсь всех этих чудовищ, они ведь – смотри, как живые. Вон тот лиловый гад, видишь? – это же Пиздерман! Он, думаешь, просто так свою клюшку держит?! – она ему вместо камеры! А я специально посмотрела ещё на него, когда в туалет выходила, а он на меня… он во все стороны смотрит, он вообще – везде! Так я только руки помыла – и сразу обратно…
…и что случилось за пять минут, что мы вдруг сблизились так стремительно и здорово, что сижу так гудко и торможу так сладко, как сто граммов жахнул без закуски, – и дело не в её джин-тонике, и не в волшебно меня постигшем предвкушении совместной поездки, и даже даже даже не…
– …даже и… так и в туалет не сходила? – (Жалобно качает головой.) – А ну, давай-ка провожу! Буду тебя защищать ото всех.
С ней приключаются разные истории. За Светой все гоняются. Все её хотят.
– Это, Светик, примитивные сущности тонкого мира, всякие мелкие вампиры, не обращай внимания. Обычно их видят дети лет до десяти, но так как ты тонкая натура…
Я говорю о призраках, о полтергейсте, об оборотнях, о дьяволической иерархии, о перевоплощении душ, об антибожественности колдовства… Говорю долго, увлекательно…
Пробиваем овечек на эзотеричность.
Она слушает внимательно, как сказку, и – немного насупившись.
– Вот-вот, ты меня околдовал, – вставляет. – Я даже телефон домашний тебе дала, я этого никогда-никогда не делаю, себе самой удивилась…
…околдовал?!
– …а потом пошла к выходу, там покрутиться, но тебя уже не было… Я даже обидеться уже хотела!..
– Так что ж ты, негодница, столько дней меня за нос водила, всё мы никак не встречались, то у тебя дни рожденья, то…
Смеётся.
– Ну вот я и обиделась. Да нет, если серьёзно… я думала, что мало ли – у тебя к Фисе ещё есть чувство…
Ну что же. Салат вроде надо есть, на то он и салат.
– Скажи мне честно, Света. У тебя сейчас кто-нибудь есть? В смысле, встречаешься ты ещё с кем-нибудь, кроме меня?
(Прости, читатель: наивный банальнейший вопрос. Но – с прицелом на инерцию откровенности.)
Серьёзный Светик отрицательно качает головой.
– Скажи мне честно, Света. Например… день рожденья тебе праздновали в… ресторане ЦДЛ, мне Фиса звонила тогда, – это же крутейшее место, нужны средства – как, откуда?
– Это просто. Может быть, ты слышал имя «Коля»? Нет? Это Маринкин друг, он ещё год назад так заинтересовался мной, говорил – я вижу тебя моделью, сделал мне бук, понакупал всяких дорогих вещей – говорил, для съёмок… А перед днём рождения звонит мне из Швейцарии, говорит, поздравляю, я сам не могу приехать, а стол тебе оплачу – гуляйте, девчонки…
– Хор-роший подарок. Света, скажи мне честно. Ты спала с ним?
– Да ты что, нет, коне-е-ечно! Вообще-то, он намекал, но после разговора с моим папой… понял, что надеяться не на что.
– Бедняга. – (Значит, мне тоже предстоит беседа.) – Столько для тебя сделал – и…
– Ну а он такой. Ценитель красоты. Возился со мной… из любви к искусству.
Светик улыбается.
– Вообще-то… я сама понимаю, как всё это портит, – вдруг говорит серьёзно. – Когда даже просто так вроде, и человек от тебя ничего не хочет, ну, деньги девать некуда, – на, девочка, на мороженое. Потом привыкаешь к тому, что в кармане всегда что-то есть, а когда останется каких-нибудь сто долларов – уже депрессняк…