Я, перебирая пальцами по оплетенной кожей рукояти, со свистом раскрутила меч над головой. Насторожившаяся тварь бросилась вперед, в тщетной попытке опередить бросок…
Не опередила. Меч с силой вонзился в широкую грудь зло взвывшего волкодлака. Туша упала на камень, саму малость не долетев до меня. С пальцев сорвался обещанный сгусток пламени, превративший тело в горку черного пепла.
– Недурно, - ошарашено кивнул головой выбравшийся наконец из-под деактивированного мной купола Волк.
– Ага, - согласилась я, пошатываясь. Мутило. Предметы теряли четкие очертания, смазываясь перед глазами.
– Риль? - он подозрительно смерил взглядом мою качающуюся фигуру. - Тебе плохо?
– Нет, - шепотом ответила я, прислоняясь к стенке и чувствуя, как подкашиваются непослушные ноги. Мир поплыл перед глазами, рассеиваясь завихрениями золотой пыли и рассыпаясь острыми, царапающими нервы осколками…
Очнулась я нескоро. Я лежала подле пылающего костра на собственном плаще, прикрытая чужой теплой курткой. Сердито потрескивали сыроватые дрова, недовольно пыхая длинными хвостами жгучих искр, легко взвивающихся в темное бархатное небо. Ненавязчивый ночной шепоток шелестящей травы нежно убаюкивал; медленное, размеренное дыхание чутко спящего Леса внушало безграничное доверие и дарило странное, необъяснимое чувство защищенности, незримой тенью стоя за спиной. Держась подальше от едкого дыма, зудящим крылатым маревом колыхались мошки и комары. Костер щедро делился живительным теплом и ярким светом, заставляя сонно щурить непривыкшие ещё глаза.
Похоже, кое-кому действительно хватило благородства два часа нести мое бездыханное тело на руках…
– Ты как? - тихо спросил Волк, сидящий по ту сторону костра.
– Жить буду, - пробормотала я, потягиваясь.
Вылезать из-под теплой куртки было очень-очень неохота, но мне, как назло, приспичило в кустики, так что пришлось встать, вернуть одежку хозяину и углубиться в лес, с сожалением оглянувшись на нагретое местечко.
Зайти пришлось довольно далеко: путных кустиков все никак не попадалось, а присесть в заросли крапивы мне не хватило духа, хоть и говорят что это полезно. Лицо обдуло прохладным ночным ветерком, сон куда-то отлетел, так что, вернувшись, я не легла, а села напротив Шаи-Яганна, выжидательно уставившись прямо в глаза. Карие. Теплые.
– Как мы оттуда выбрались?
Он неопределенно хмыкнул:
– Вечером пришел их предводитель и, узнав, кого они посадили в каземат, лично пришел открыть камушек и извинялся минут тридцать - не меньше.
– А волкодлак? Зачем они его на нас спустили? - я потянулась озябшими руками к весело пляшущему огню.
– Волкодлак? Та зверюга, которую ты ухлопала?
– Ага.
Волк насмешливо хмыкнул:
– Эти… умники… попросту перепутали пещеры. Думали, что загоняют в пустую.
Слов не было. Одни мысли и те сплошь нецензурные.
– Удивительно!!!
– Угу, - скептически поддакнул Шаи-Яганн, - а когда предводитель ещё и об этом узнал, то вообще пошел трупными пятнами.
Я тихонько хихикнула.
– Значит, больше нам пока опасаться нечего? Можно идти дальше?
Волк кивнул:
– Утром. Выспись сначала - на тебя смотреть страшно.
Вот так комплимент!!!
– Ну, знаешь! - обижено протянула я. - Издержки профессии.
– Посланница Духов? Ор-р-ригинальная профессия.
Я равнодушно пожала плечами:
– А мне нравится.
– И где же на неё учатся? - насмешливо прищурился он.
– Просто по жизни, - серьезно ответила я.
Волк вдруг как-то посерьезнел, задумавшись о чем-то своем. Красноватые блики плясали по его лицу, словно вырезанному из воска: прямой нос, высокий лоб, волевой подбородок. Я с горькой усмешкой в который раз отметила, что мне такой классической красоты не видать.
А мне, впрочем, и не надо: своя, ведьминская, ещё ни разу не подводила.
– Ты пить хочешь? - спокойный вопрос резко выдернул меня из сетей раздумий.
– Да, - кивнула я.
Волк молча встал и удалился в Лес, откуда вышел через несколько минут, держа в руках две рогатины и толстую палку (а я-то грешным делом подумала, что он в кустики пошел). Рогатины мы вбили по обе стороны от огня, котелок, наполненный водой из журчавшего неподалеку ручья, подцепили на палку и установили сверху. Вода зашипела, нагреваясь. Костер возмущенно зафыркал, глотая случайно выплеснувшиеся капли.
– Эх, жалко, травок нет, - посокрушался Волк, стоя над закипающей водой.
– Почему нет? - нахмурилась я, вытягивая из воздуха сумку. - Есть!
На свет был торжественно извлечен пакетик с сухими листиками полыни, в ноздри ласково просочился давно знакомый аромат. Заботливо перетерев в пальцах ломкие листочки, я отправила их в закипевшую воду.
Разлитый по глиняным кружкам чернас грел руки, окутывая привычной атмосферой уверенности в себе и в будущем. "Если у Иньярры есть чернас - то остальное приложится: экзамен сдастся, вурдалак упокоится, жизнь наладится!" - пошутила как-то Ринга - соседка по комнате в Храме.
– Шаи-Яганн?
– Шан, - тихо поправил он, не поднимая глаз от кружки. На поверхности зелья плавал тоненький горький листочек.
– Иньярра, - так же тихо назвалась я, не отрывая пристального взгляда от его лица.
