Недалеко от границы Страны Сяо стояла гора Синшань. На самой вершине горы был построен Храм Лазурного Дракона – Покровителя Востока, в котором служили и обучались молодые жрецы ордена Тяньюань. Жрецы были средним звеном между монахами и заклинателями – не такими просветленными, как первые, и не такими влиятельными, как вторые. В основном в орден Тяньюань принимали сирот и беспризорников, которым давали кое-какое образование и теплое местечко под крышей. Если же ребенок действительно оказывался талантливым, его отправляли заклинателям на обучение, так как считалось, что такой ребенок благословлен Небесами.
Чэнь Тай, к сожалению, был самым обычным сиротой, без каких-либо особых талантов, но отличался от других добрым и бескорыстным сердцем, скромностью и усердием. К его мягкому характеру прибавлялась приятная, изящная наружность и одухотворенное лицо, что делало Чэнь Тая идеальным послушником ордена. К двадцати годам он добился места старшего адепта и стал брать кое-каких учеников.
В ордене Тяньюань было немного правил, но их все надо было соблюдать как закон, иначе нарушителя строго судили и могли даже казнить за непослушание. Чэнь Тай свято верил в догмы ордена и считал, что если бы все люди их соблюдали, то зла и беспорядка на земле было бы так мало, что она бы сравнилась с Небесным царством.
Юноша провел каких-то четырнадцать или пятнадцать лет в ордене, живя простой жизнью монастыря, ежедневно молясь и совершая добрые дела. Он часто ходил в ближайшие поселки помогать людям и иногда монахам на церемониях, а все остальное время проводил в библиотеке, изучая сутры и повторяя заклинания. На его попечении еще была его младшая сестра, Чэнь Лань, которая училась с другими послушницами и которую Чэнь Тай очень любил и баловал.
Дни сменялись днями, и однажды до горы Синшань дошла новость о том, что в одной деревне разбушевалась эпидемия, уносящая по несколько десятков жизней каждый день. Чэнь Тай, как только услышал об этом, собрался в путь, оставив все свои дела. Никто не мог отговорить его – на любые возражения он отвечал упрямо:
– Как я могу сидеть сложа руки, зная, что совсем рядом бедные люди мучаются и гибнут? Я же не смогу ни есть, ни спать! Мне вовсе не страшно, я не боюсь ни смерти, ни болезни. Страшнее мне оставаться здесь как ни в чем не бывало наедине с моей совестью.
Чэнь Тай покинул гору Синшань после выполнения своих ежедневных обязанностей. Он отправился в деревню, где без сна и отдыха совершал молитвы за души усопших и помогал чем мог лекарям, рабочим и пострадавшим. Несколько месяцев он провел в деревне, пока бушевала болезнь, днем работал, где требовалась помощь, а ночами приглядывал за больными. Его щедрость и сострадание не остались незамеченными, и тронутые жители деревни чуть ли не превозносили его как божество. Это ужасно смущало Чэнь Тая, и, когда беда миновала, он незаметно покинул деревню.
Путь обратно был долгим, а Чэнь Тай был по-настоящему изможден после такой тяжелой работы, а потому плелся еле-еле в горку, опираясь на корявую палку. На третий день пути, к вечеру, он подошел к лесу, за которым возвышался пик Синшань, и хотел было отдохнуть, как на дорогу перед ним высыпала банда разбойников. Они держали ножи и мечи наготове, а их лица скрывали черные повязки. Сердце Чэнь Тая ухнуло в пятки.
– Отдавай кошелек! – скомандовал главарь банды, угрожающе махнув ножом.
– У меня его нет, – испуганно ответил Чэнь Тай.
Мужчины глумливо рассмеялись:
– Да кто тебе поверит? Отдавай, коли жизнь дорога, святоша!
Но у Чэнь Тая и правда не было ни копейки. Когда у него появлялись деньги, он сразу чувствовал себя неловко и тратил их куда угодно, лишь бы они не лежали в кармане. Он покупал еду бездомным, игрушки детям, теплую одежду беднякам или же закупался бумагой для ордена, чтобы ученики практиковали каллиграфию сколько душе угодно.
– Можете раздеть меня догола и перетряхнуть мою одежду, но в ней вы не найдете кошелька, – сказал он удрученно, разведя руками. – Мне жаль вас огорчать.
Разбойники переглянулись и, посовещавшись с главарем, выкрикнули:
– Тогда мы заставим твою семью платить за тебя выкуп!
Чэнь Тай снова развел руками:
– У меня нет семьи, я сирота. Я служу на горе Синшань и не имею никакой власти. Отпустите меня, и я помолюсь за вас.
Разбойники, услышав про гору Синшань, обрадовались.
– Орден Тяньюань заплатит нам за тебя щедрый выкуп!
Они толпой напали на безоружного Чэнь Тая и потащили куда-то в чащу леса.
Чэнь Тай уж было думал, что на этом его жизнь оборвется и он избавится от мирских мучений, но вдруг один из разбойников, идущих впереди отряда, свалился с ног, будто его толкнула невидимая сила. Его товарищи встревожились и замерли, подняв оружие, а главарь пошел осматривать упавшего мужчину. Его лицо переменилось и побелело, а сам он ужаснулся:
– Да он мертв! Камень разворотил ему голову!
Едва он успел это произнести, как мимо просвистел еще один мелкий камень и пробил ему лоб! Разбойник повалился навзничь, мгновенно лишившись жизни. Оставшись без лидера, мужчины присели от страха, глядя во все стороны.
