На взгляд Стужи, выходило так: Бакс каким-то образом прознал о случившемся в семье Шелпстона, навязал свою помощь, но и прогадать в случае её неудачи не хотел. Сдав её преступникам, он выиграл вдвойне. Дэлтон не из идейных, ему плевать на последствия и на то, чем закончится противостояние похитителей девочки и её отца. Даже если они все сгорят к чертям, своё он получил. Скорее всего, Шелпстон уже заплатил ему за знакомство со Стужей. Но сама девушка не собиралась отдавать большую часть своего вознаграждения «посреднику», поэтому мерзавец пошёл другим путём. Сдал её противоположной стороне.
– М-да, в предприимчивости ему не откажешь, – пробормотала девушка, – как и в глупости.
Бурелом бросил на неё странный взгляд, немного поразмыслил и спросил:
– А этот… который сдал тебя, он твой друг? Если да, то понятно, чего ты скисла. Такое предательство тяжело перенести…
Стужа замедлилась, перевела туманный взгляд с едва-едва протоптанной тропинки на громилу и скривилась:
– Нет, не друг он мне. И мне дела нет до его поступка. Сейчас меня волнует только его связь с похитителями.
Айк и вовсе остановился, положил тяжёлую руку ей на плечо и вкрадчиво произнёс:
– Ты обиду в себе не держи, дай ей волю. Горькие мысли и чувства, если накопятся, потом задавят тебя. Выговорись… а то и поплачь…
Стужа лишь глазами хлопала, глядя в открытое улыбчивое лицо Бурелома. Со всей искренностью он пытался уговорить её пережить предательство отвратного Бакса! Этот факт едва не заставил девушку расхохотаться, а смеялась от души Стужа всего с десяток раз за всю свою жизнь.
– Ты серьёзно? – не сдержав улыбки спросила она. – Фригги не плачут.
– Никогда? – удивлённо вскинув густые брови, воскликнул Айк.
– Никогда, – отрезала Стужа и зашагала дальше.
Конечно, про «никогда» она немного приврала, но так было проще, чем вдаваться в детали и объяснять, что такие чувственные моменты её народ проживает лишь с самыми близкими. Плачут фригги крайне редко: только когда сил контролировать боль не хватает. Предательство – не тот случай, тем более совершенное таким мерзким слизняком, как Бакс Дэлтон.
– Разыгрываешь, да? – донеслось ей в спину. И девушка услышала тяжёлые частые шаги. Бурелом быстро нагнал её. – Быть того не может. Скажешь тоже, не плачут. Это же естественно!
– Естественно для кого? – огрызнулась Стужа. – Что естественного ты во мне видишь?
Злости девушка не испытывала, скорее её одолевало нежданно проснувшееся любопытство. Этот здоровяк удивлял её. Громила с тонкой душевной организацией? И подумать было смешно. Но выглядело всё именно так. Огромный сильный детина, а наивный, как ребёнок. Или это лишь маска? А то как бы он дожил до своих лет?
– Пришли, – тихо сказала она, выглядывая за угол и указывая спутнику на неприметную дверь нужного им заведения. – Ты понял, что нужно делать?
– Вытащить твоего приятеля наружу, – кивнул он. – Чего уж тут не понять?
– Постарайся… – Стужа скривилась, – не быть собой… что ли.
– А что со мной не так? – нахмурился Айк.
– Ну… ты… не выглядишь злодеем, – с трудом подбирая слова, ответила она.– «Логово» – это притон, если ты помнишь. В нём такого, как ты, обставят на раз. Сила калдоров тебе там не поможет, нужно действовать осторожно и с умом.
Выражение лица Бурелома стало озадаченным. Стужа видела, как он переваривал её слова и всё больше хмурился.
– То есть ты, как и твой приятель Декс, считаешь, что я не справлюсь? – пробасил он и прищурился.
Девушка лишь бросила обречённый взгляд на дверь убогого гадюшника и мысленно застонала. Вернулось раздражение. Она предпочитала всё делать самостоятельно, поскольку и вину за неудачу возлагать ни на кого не приходилось. Этот план не казался ей удачным и сколько-нибудь надёжным с самого начала, но, когда нет выбора, приходится рисковать.
– Просто постарайся ничего не испортить, – пробормотала Стужа.
Улыбка на лице Бурелома стала шире, будто ей на зло, а лицо сделалось ещё проще и глупее, чем обычно. Если бы у Стужи была такая привычка, то она непременно ударила бы пятернёй по собственному лицу. Давно она не испытывала такого отчаяния.
Айк же оскалился, закинул дубину на плечо и решительной походкой двинулся к двери «Логова». Девушке оставалось лишь наблюдать из-за угла. Бурелом, ни на секунду не притормаживая, не сомневаясь и не мешкая, обрушил свой кулак на хлипкую дверь. Стужа покачала головой, понимая, что это провал. Айк обернулся и задорно подмигнул ей. Дверь со скрипом отворилась.
Само собой, это был не главный вход в притон. Дверь была своего рода пропускным пунктом, где идёт отбор тех, кому можно пройти дальше. Стужа слышала, как громко и весело Бурелом поздоровался. Обрывки его слов долетали до её ушей, и каждое из них заставляло её внутренне содрогаться. И какого чёрта она отпустила этого дубину одного? Айк что-то там хохмил и шутил с тем, кто открыл ему дверь, а Стужа в это время готова была сползтиспиной по стене и закрыть руками лицо от безнадёжности затеи.
– Это так ты стараешься не быть собой, безмозглый бугай? – проворчала она.
