— Кузнецова? Кузнецова! — Кулешов резко выпрямился и развернулся к Марку. — Да не может быть! Он реально использовал свои настоящие данные?
— Почему нет? — спокойно ответил тот.
— Но это же глупо! Преследовать девчонку в интернете, зарегистрировавшись под своим настоящим именем! Да и вообще. Вы же сами сказали, что Кузнецов — самая распространенная фамилия в России! Даже если он действительно настолько глуп, чтобы не додуматься взять псевдоним, то эти двое запросто могут оказаться однофамильцами!
— Нет, — прервала их спор Яна. — Это его жена.
— Да ты шутишь! — Кулешов моментально оказался около нее и впился взглядом в экран ноутбука. — Нам нужны подробности, позвоню Игнатову, пускай поднимет старое дело. Там должны быть контактные данные ее супруга.
Яна его уже не слушала. Она схватила папку с копией дневника Карины и подошла к большому круглому столу в центре магазина. Осторожно сдвинув в сторону расставленные на нем предметы, она отыскала нужные листы и разложила их на освободившемся пространстве. Краем уха она слышала, как Марк с Кулешовым обсуждают причины, по которым Александр Кузнецов мог оказаться в ту ночь у реки.
— Возможно, День осеннего равноденствия совпал с годовщиной ее гибели? — предположил Марк.
— Нет, — цокнул язык Кулешов, — она погибла в мае. — В принципе, он мог оказаться там по любой причине: годовщина свадьбы, день из знакомства, первого поцелуя — чего угодно. Да и в целом, разве нужно привязываться к конкретной дате, чтобы почтить память погибшей жены?
— Или был он там вовсе не из-за нее, а из-за Лизы.
— Или, — неожиданно сказала Яна, — ему нужна была Лиза, чтобы воскресить жену.
— Что? — переспросил Кулешов. Марк просто молча смотрел на нее, но в его глазах читался такой же вопрос.
— Смотрите, — Яна показала им лист из дневника, — здесь описывается ритуал перехода, но я не сразу поняла, что именно он означает. — Ее потряхивало от возбуждения, но она старалась говорить как можно спокойнее. — Река — это граница между миром живых и миром мертвых. В день осеннего равноденствия души из мира мертвых могут беспрепятственно проникать в мир живых. Суть ритуала заключается в том, что в момент, когда дверь между мирами откроется, душа может вернуться к жизни, если обретет подходящий сосуд, то есть тело. Лиза Романова могла быть этим сосудом для души Людмилы Кузнецовой.
— Так, — Кулешов подошел ближе и взял со стола распечатку с описанием обряда, — допустим. Но почему именно Лиза?
— Он давно к ней присматривался, — вступил в разговор Марк. — Именно поэтому следил за ней в соцсетях. Возможно, она внешне похожа на его погибшую жену или просто показалась ему достаточно привлекательной для того, чтобы ее заменить.
— Вам не кажется, что он псих? — судя по выражению лица, следователь не мог принять тот факт, что кто-то мог всерьез верить в возможность воскрешения из мертвых.
— Кажется, — подтвердила Яна. — И из-за его больных фантазий погибла ни в чем не повинная девушка.
— Выходит, он сознательно утопил Лизу, чтобы получить, как ты выражаешься, сосуд. Но как он надеялся вернуть к жизни жену?
— Я так поняла, что в тот момент, когда сердце Лизы остановилось, он должен был попытаться ее реанимировать, но тогда, вместо Лизы в ее тело вернулась бы душа его жены. Считается, что души утопленников остаются в плену у воды, поэтому он знал, что именно она откликнется на его зов, а венок должен был помочь ей его отыскать в мире живых.
— Венок? — уточнил Кулешов.
— Да, когда я видела Лизу, у нее на голове был венок. Сам по себе венок имеет глубокое значение: он говорит о круговороте жизни и смерти, это символ вечности и воскрешения. В венке Лизы была рябина — символ семейного союза, еловые ветки — означают вечную жизнь, бессмертие. Я не помню, что было еще, но наверняка каждое растение так или иначе связано с началом новой жизни, перерождением.
— Стоп, стоп, стоп, — прервал ее Кулешов. — Одна маленькая, но важная, на мой взгляд, деталь: ни на теле, ни рядом с ним не было обнаружено никакого венка.
— Но он должен быть, — удивленно пробормотала Яна. — Я видела ее с венком на голове, и в ритуале он описывается как ключевой элемент обряда.
— Был венок, — они не заметили, как Марк отошел к ноутбуку, и теперь из-за стойки доносилось лишь размеренное щелканье мышки. — На фотографиях Лиза появляется в венке ближе к полуночи. До этого она носила на голове какое-то украшение с бусинками.
— Очелье, — подсказала Яна. — Венок должен был надеть ей на голову Кузнецов.
— Значит, пришло время с ним побеседовать и узнать, каким образом он дошел до того, чтобы возомнить себя божеством, способным отнимать и даровать жизнь, — вздохнул Кулешов. — Игнатов прислал адрес, указанный в деле его жены. Поехали, Яновский, пообщаемся с очередным доморощенным колдуном.
— Вас тоже смутило, что это уже второе дело, в котором кто-то пытается вернуть к жизни покойника? И я уверена, что Нина Зарудная, заживо похороненная в Танцующем лесу, тоже стала жертвой ритуала воскрешения, — зацепилась за его последние слова Яна.
