Сюй Вэй, который явно долгое время находился в депрессивном состоянии, сейчас пребывал в сильнейшем эмоциональном стрессе. Он начал огрызаться, ругая отца за то, что тот вконец потерявший стыд извращенец, крадущий детские вещи и рисующий повсюду на стенах, и что мама развелась с ним именно из-за его невменяемого поведения.
– Да чтоб ты сдох! – завопил Сюй Лаода, потеряв всякое терпение.
– Сдохнуть так сдохнуть! – ответил Сюй Вэй и направился к окну, собираясь прыгнуть вниз.
Конечно, никто не стал бы молча наблюдать за таким поворотом событий. Лишь только Сюй Вэй запрыгнул на подоконник, как Ян Кэ тут же подбежал и вцепился в него. Ху Динлэ начал урезонивать друга, прося его успокоиться. После долгих уговоров Сюй Вэй все же спустился с подоконника, и Ху Динлэ увел его в гостиную. Кто-то из них предложил отвлечься и сыграть на приставке, чтобы немного отвлечься.
Конечно, такой шум посреди ночи не мог не разбудить уже давно сладко спящую тетушку Лун. Она вышла из спальни и, увидев включенный везде свет, спросила:
– Что случилось? Почему такая иллюминация глубокой ночью?
Никто из нас не знал, как объяснить все это пожилой женщине. Так как Ян Кэ был дольше знаком с тетушкой Лун, я кивнул ему, намекая, чтобы он увел ее в другую комнату и поговорил с ней. Не стоило делать это при Сюй Вэе – он мог снова разволноваться.
Воспользовавшись моментом, пока Сюй Лаода на третьем этаже изводил себя гневом и не решался спуститься вниз, я сел в гостиной на диване и вежливым тоном спросил Сюй Вэя, что все же произошло в его семье и почему отец ворует детскую одежду.
Тем временем у меня возникла мысль о том, что, возможно, это клептомания, и у Сюй Лаода постоянно возникает бесконтрольное желание воровать чужие вещи. У людей с таким заболеванием возникает ощущение, что, не украв какую-то вещицу, невозможно быть счастливым. Но это как будто не полностью соответствовало поведению Сюй Лаода.
Сюй Вэй особо не стеснялся рассказывать все такому постороннему человеку, как я. Поэтому, лишь услышав мой вопрос, он, с поникшей головой и уклоняясь от прямого взгляда, бросил одну фразу:
– Вот так у нас обстоят дела.
Мы с Ян Кэ хранили молчание; Ху Динлэ сидел рядом с понимающим видом, не издавая ни звука. Все мы ждали, когда Сюй Вэй решится продолжить. Наконец, тяжело вздохнув, он выложил все начистоту. Звуки детского плача и смеха, которые мы слышали с Ян Кэ, были ненастоящими – их издавал Сюй Вэй, чтобы отвлечь всех от реального положения дел. И он рассказывал всем жуткие истории не просто для развлечения – на это были свои причины.
Видимо, Ху Динлэ знал правду; все время он сидел невозмутимо, чего я явно не ожидал.
Сюй Вэй действительно уволился со своей работы, потому что терпеть не мог порядок, установленный в офисе. Он хотел создать какую-нибудь медиаплатформу, где смог бы публиковать интересные и необычные новости или истории. Чтобы начать свое дело, Сюй Вэй решил забрать себе комнату под личный кабинет, который хотел красиво обустроить.
В доме семьи Сюй есть много пустующих комнат, особенно на третьем этаже. Кроме кабинета Сюй Лаода, в котором он часто сидел один, другие комнаты были свободны. Тетушка Лун и Сюй Вэй вообще редко туда поднимались.
Однажды Сюй Вэй поднялся на третий этаж, чтобы осмотреть комнаты и выбрать одну себе под кабинет. Но, к удивлению, заметил, что все комнаты заперты. На самом деле на втором этаже тоже есть свободные комнаты, но ни одна из них не заперта на замок. Сюй Вэю это показалось странным – ведь в доме живут не чужие друг другу люди, когда же комнаты на третьем этаже успели закрыть на замок?
Чем больше Сюй Вэй думал, тем больше утопал в подозрениях. Как-то раз он отыскал запасные ключи и открыл все двери комнат, в том числе так называемый кабинет Сюй Лаода. Никто не мог бы подумать, что все комнаты вдруг окажутся заполнены детскими игрушками и уже поношенной детской одеждой. Первоначально Сюй Вэй посчитал, что все это его детские вещи, которые отец оставил на память, так как рука не поднялась их выкинуть, и именно по этой причине оборудовал гостиную на третьем этаже как детскую комнату. Сюй Вэй пришел в замешательство, ведь он не мог носить в детстве так много одежды. В это же время он услышал от соседей, что одежда, которую они после стирки вывешивали сушиться во дворе, вдруг стала пропадать. Причем пропадала именно детская одежда.
Сюй Вэй тогда уже постоянно проживал в Лючжоу и, хотя из дома он выходил редко, периодически видел соседских детей. И тут стал припоминать, что видел очень похожую одежду, в которую совсем недавно были одеты эти ребятишки, у себя на третьем этаже…
Внезапно на Сюй Вэя нашло осознание, что тут есть связь. Он не отважился слишком глубоко анализировать своего отца, но в его памяти начали всплывать различные сцены, произошедшие во время развода родителей. Он помнил, как во время скандалов мать ругалась на отца: «Ты извращенец и вор! Больной идиот!»
