Сюй Вэй, не болтая лишнего, сразу перешел к делу. Во времена правления династии Сун в провинции Гуанси, в городе Циньчжоу был некогда правитель округа по имени Линь Цяньчжи. Из-за странной болезни его ноги и руки совсем ослабли, но до него донеслись слухи, что употребление в пищу детей укрепляет мышцы и кости. По его приказу было убито несчетное количество детей десяти с лишним лет на землях, подконтрольных ему. В дальнейшем преступления Линь Цяньчжи раскрыли. Но люди были разгневаны тем, что императорский двор не приговорил преступника к смерти, а лишь сместил его с должности и отправил в ссылку. Через какое-то время императором была объявлена амнистия, Линь Цяньчжи получил свободу и жил вплоть до падения династии, мирно умерев естественной смертью[64].
– Но это был не единственный случай. В Лючжоу тоже жил человек, поедающий детей. Но ел он только сердца мальчиков. В гробу, который нашли в нашем коттеджном поселке, лежит труп одной из жертв этого человека…
Тут лицо Сюй Вэя исказилось свирепой гримасой, как у человека, которого вот-вот одолеет приступ буйства. Видя, что все мы смотрим на него, ожидая продолжения рассказа, он, стиснув зубы, начал бормотать:
– Этих детей было больше тысячи, и все они стали злым духом, пришедшим за нами. Они отняли мою одежду, отнимут и вашу, а еще ваши… Они скоро будут здесь… Они пришли в мой дом, разрисовали стену, всех их нарисовали… и призвали сюда…
Видя, что чем дальше говорит Сюй Вэй, тем больше выходит за рамки, тетушка Лун в ужасе посмотрела на Ян Кэ, надеясь, что он утихомирит ее внука. Но Ян Кэ никак не реагировал, он просто наблюдал за Сюй Лаода.
Слушая бесконечный поток странных слов Сюй Вэя, Сюй Лаода пришел в смятение. Он не выдержал и наконец разразился бранью:
– Заткнись! Я потратил столько денег на учебу не для того, чтобы ты читал всякие вздорные истории! Скотина… Доучился до такой степени, что с катушек уже слетел?
– Это ты слетел! Ты больной! – не отставал Сюй Вэй.
Выругавшись, он вскочил со своего места и, не оглядываясь, рванул на второй этаж.
– Ох… Сюй Вэй! – Ху Динлэ хотел последовать за другом, но тут обернулся и начал успокаивать нас: – Не переживайте, с ним все в порядке. Я поговорю с ним.
– Спасибо, спасибо! – поблагодарила тетушка Лун.
Сюй Лаода фыркнул и, едва переводя дыхание, поднялся наверх, оставив меня, Ян Кэ и тетушку Лун внизу. Мы втроем обменялись растерянными взглядами. Тетушке Лун наверняка было неловко; она объяснила, что Сюй Лаода очень переживает за сына и что он никогда его не обижал. Даже хранит на память детские вещи сына и бутылочку, из которой Сюй Вэй пил молоко, будучи младенцем… Даже изношенные ботиночки Сюй Вэя, которые он носил в детстве, лежат у них дома.
Во всех семьях сыновья ругаются с отцами. Я не был удивлен их ссоре, считая, что тут нечего оправдываться, но все же успокоил тетушку Лун, сказав ей не волноваться. Наверняка проблема Сюй Вэя незначительна, а то, что он слышит какие-то звуки, это, скорее всего, из-за чрезмерного увлечения рассказами. Если он прекратит это занятие, то и галлюцинации пройдут.
– Уже поздно, идите спать. – Настроение тетушки Лун по-прежнему было скверным; выступившие на глазах слезы падали вниз крупными каплями. Она была не в духе слушать меня.
– Пойдем, время и вправду позднее. – Ян Кэ, следуя словам тетушки Лун, позвал меня подняться наверх.
В доме все стихло, были слышны только порывы ветра за окном и шелест листьев. Вдруг я будто бы смутно услышал детский смех – он доносился словно сквозь сон. Неожиданно за окном показалась мелькнувшая тень ребенка. Ян Кэ, видимо, тоже что-то заметил.
– Неужели это действительно призраки? – Я вздрогнул.
– Это тень от листьев. – Ян Кэ было невозможно чем-то удивить, и он просто пошел дальше.
Мне не хотелось оставаться одному, и я последовал за ним. Зайдя в комнату, закрыл за собой дверь, но вдруг опять услышал то смех, то плач ребенка. И хотя звуки были очень тихими, но они мне точно не послышались.
В голове начали рисоваться различные картины. Неужели здесь правда могут быть призраки детей, пришедшие за местью? Возможно ли, чтобы они бродили по округе? Вдруг они пришли по наши души?
Я никогда не думал, что мои самые пугающие фантазии станут реальностью. В ту ночь действительно кое-кто умер…
Поначалу я не представлял, с чем столкнулся в тот вечер. Приняв душ, я лег на диван расслабиться. Внутри меня разогрелся спор: ведь призраков не существует, но чей смех я тогда слышал? Не может же это быть галлюцинацией Сюй Вэя? Ведь я тоже это слышал… тогда галлюцинации у меня? Или все же это плакал Сюй Вэй?
– Я всего лишь пошутил, а ты воспринял это всерьез? – сказал с довольным видом Ян Кэ, выйдя из ванной.
Он лег на кровать, выключил свет, и наша комната погрузилась в темноту. Даже спустя полчаса я все еще не мог уснуть и постоянно ворочался. Я подумал, что Ян Кэ наверняка тоже еще не заснул, и шепотом спросил:
– Ты спишь?
– Я постоянно слышу, как ты ворочаешься; как я могу уснуть? – В темноте слова Ян Кэ звучали будто бы острее, чем обычно.
