- Ничего, - хрипло проговорил Кайло, все еще тяжело дыша, - ты талантливая ученица. Жаль, что ты не хочешь узнать на что способна на самом деле…
Он смотрел на девушку с огромной гордостью и еще каким-то, мало понятным ей чувством. Его эмоциональное лицо было так близко сейчас, что она могла чувствовать на своих щеках его горячее, частое дыхание; пересчитать все родинки на коже. Рей невольно вспомнила разговор с Кайдел и преисполнилась решимости – когда-то же нужно было начинать выполнять свою часть плана, как бы ей не хотелось забыть об этой идее, как о страшном сне. Подруга была права и Рей все-таки была собой, она готова была неистово бороться за то, во что верила. И верила она в Кайдел, а еще в то, что без ее помощи и участия, отчаянная американка может просто лишиться жизни. Рей уже оценила перспективы с другой стороны – если ей удастся добиться более твердого расположения Монстра, в случае провала бунта Кайдел, она сможет попробовать повлиять на решение участи маленькой революционерки. Как бы не наивно было на это надеяться. Но сопротивление вообще жило сплошными надеждами.
Рей неуверенно коснулась пальцами горячей щеки Монстра и удивилась мягкости его кожи. Она оценивала свои ощущения, когда мужчина накрыл ее руку своей, впрочем, всего лишь на мгновенье. Он как-то нервно отвел ее ладонь в сторону и встал, попятился в темноту. Рей так и осталась сидеть на полу, растерянная и смущенная.
В голове крутились все эти романтические сцены из книг, которые она успела перечитать в парижской квартире По, принадлежавшие его матери, большой поклоннице любовных романов. Там все эти трагические и измученные чувствами герои только и делали, что падали в чьи-то объятия, сминали губы в поцелуях и в итоге забывали, как дышать. На самом деле сама она абсолютно не знала, как себя вести и как добиваться подобного эффекта. Вероятно, нужно было и правда обратиться за консультацией к крайне опытной в делах сердечных Кайдел. Только слишком стыдно было об этом с ней говорить.
Рей шатко поднялась и попыталась снова сократить дистанцию между собой и Монстром, но он шарахнулся от нее, как от прокаженной, яростно сверкнув темными глазами. Сейчас он совсем не был похож на монстра или жуткого нациста. Самый настоящий сконфуженный и испуганный мальчишка - вот кем он был. Даже обычно бледные щеки порозовели.
- Не надо, - глухо сказал он, - я ничего такого от тебя не требую…
Рей захотелось провалиться в этот момент под землю, да хоть в тот темный подвал в Париже вернуться, лишь бы только не стоять в допросной с таким глупым выражением лица и ощущением собственной никчемности. Соблазнительница из нее явно никакая, если даже довольно устрашающий мужчина предпочитает держаться от нее подальше. Впрочем, она быстро нашла всему объяснение – она арестантка, с неизвестным происхождением, нищенка из глуши, да и к тому же вообще, скорее всего, пахнет совсем не аппетитно, да и сложно благоухать розами, когда обитаешь в грязном, переполненном людьми бараке. И тюремная роба, чумазая шея и криво по-мальчишески отросшие волосы совсем не то, что может поспособствовать созданию положительного впечатления.
- Я тебе противна, - вырвалось у девушки.
- Нет-нет, вовсе нет, - забормотал Кайло и нагнулся, чтобы поднять оставленную у дверей маску, - просто… ты же совсем этого не хочешь…
Ответить Рей не успела, потому что он быстро напялил свой жуткий шлем, даже толком не застегнув его многочисленные застежки, и выскочил из допросной, словно за ним гналась стая волков.
Рей трудно было это признать, но она почувствовала себя разочарованной.
========== Глава девятая. Смерть придет ==========
Verrà la morte e avrà i tuoi occhi
Cesare Pavese
Фреджене, весна 1959 г.
Дождь усилился и теперь ожесточенно моросил по крыше. Стоило Рей увидеть По, она ухватила его за рукав покрытой каплями кожаной куртки, и потащила на террасу, прямо под холодные струи, льющиеся с неба. Это место показалось ей самым подходящим для серьезных разговоров, которые никто больше не должен слышать. Непогода отделяла их от жителей особняка непроглядной стеной.
Расположившись у перил, она попросила у старого друга сигарету и блаженно затянулась терпким горьким дымом. По тоже закурил, хмуро вглядываясь в темные морские просторы.
- Я пропустил что-то интересное? – насмешливо спросил он и тряхнул мокрыми волосами.
