К началу нового этапа боевых действий, генералы нового, "второго поколения" Кристиан Девет, Луис Бота и Де ла Рей, имели под своим командованием по стрелковой бригаде, три — три с половиною тысяч штыков, с шестью орудийной батареей полевой и легкой артиллерии, пулемётами или картечницами, бригады получились, правда, не совсем стрелковые, или совсем не стрелковые, все стрелки были на конях. Остальные генералы "первого поколения" ограничились полками, в некоторых бурских коммандо тоже пытались внести элементы регулярной армии, но палку не перегибали. Увеличилось количество батарей тяжелой артиллерии за счёт покупок и трофеев, в мастерских Претории, Йоханнесбурга, Кимберли, Дурбана, Блуфонтейна, делали артиллерийские и бронепоезда, купили в Германии даже аэростаты.
Из мемуаров Е.Я. Максимова "На стражи империи", — "Уже в первый месяц войны из местных иностранцев в бурских республиках были созданы отряды добровольцев, голландский отряд в составе 120 человек, немецкий отряд численностью в 200 человек во главе с полковником Адольфом Шилем, скандинавский отряд из 40 человек и так называемая "Ирландская бригада" из 150 человек, которой командовал отставной полковник армии США Блэк.
И теперь в довесок к ним хлынули через Лоренсу-Маркиш добровольцы… в начале десятками, а после "2-й черной недели" сотнями. И получилось голландских свыше 1400 человек, немцев более 1200, французов и ирландцев свыше девятисот, и тех и тех, русских, сербов, черногорцев, за восемьсот, испанцев, аргентинцев более семьсот, итальянцев под пятьсот, скандинавов за триста, были греки, португальцы, франкоканадцы и неожиданно много индусов, более пятисот человек. Это были так сказать местные индусы, в Натале их было наверно под пятьдесят тысяч, были и из Занзибара, и несколько десятков из Европы и Индии.
Немцы, французы, русские, испанцы, многие голландцы, выделялись военной выправкой, субординацией в отношениях между собой, некоторые добровольцы наверняка имели звание не меньше подполковника. Немцы, прибыли сразу со своими орудиями, Маузерам 98 и германскими Максимами, французы с винтовками, пулемётами, орудиями, тоже своими. Русские не отстали от своих коллег, они прибыли с батарей новых трехдюймовых орудий, с мосинками и купленными у англичан же пулемётами Максим-Виккерс. Хотя конечно официально всё это было куплено бурами для себя.
Складывалось ясная картина, что все хотят испытать на англичанах свои новые вооружения, проверить на них военную теорию и практику. Португальские власти не сильно интересовались, что там, в трюмах привезли с собой транспорты с флагами великих держав, и зачем прибывали в Делагоа, десятки и сотни мужчин явно не штатского вида. Формально документы были в порядке, и этого им было достаточно, как и золота, которое они за это получали, так и количества военных кораблей Германии, Франции, России и Испании стоявшие у них в заливе.
У добровольческих частей были достаточно звучные названия, — у французов "Жанна д, Арк", у русских "Петропавловск", испанцы тоже особо не мудрили, назвали себя "Гибралтар", ирландцы почему-то "Ирландская бригада Патрика Сарсфилда", индусы зачем-то выбрали для себя флаг сипаев. Но, самыми известными всё-таки были и остались "Львы Судана", как и самыми многочисленными, более трёх тысяч человек, их в период затишья, через Лоренсу-Макреш на германских транспортах пополнили новыми бойцами, забрав тех, кто уже не мог воевать.
Белые добровольцы редко общались с ними, чаще всего это были русские и ирландцы, они стали постоянно посещать "Львов", в силу того, что мы были среди них и ирландский взвод, кроме нас они встречались с Ахмедом Федилом и другими офицерами суданцами. Немцы, французы, голландцы, испанцы приходили посмотреть на "Львов" скорее как на дрессированных животных, которых белые, то есть мы, научили обращаться с оружием, хотя выправка, состояние вооружения, произвело на них впечатление. Камуфляж, средства маскировки, полный комплект вооружения, защиты, снаряжения бойца показывали только русским.
С появлением кадровых добровольцев резко изменилась в лучшую сторону положение не только в планированием и подготовки операций, но дела со стратегической разведкой и контрразведкой, военной цензурой, всё это было у буров наверно на уровне зародыша. Чувствовалось, что наши коллеги из туманной Германии крепко взялись за дело.
Получалось добровольцев более девяти тысяч человек, вольных или невольных "любителей" Британии, они получили негласное название Иностранный легион, но единого командира над ним не было. В целом он подчинялся главному командованию буров, а там всё больший вес набирали немцы, вытесняя оттуда французов.
Стало ясно, что великие державы и не очень, решили использовать англо-бурскую войну и неудачи в ней англичан в свою пользу, тем более, что почти за всё платили буры, причём золотом, а позже и алмазами.
