Вчера Айвен был на работе, а Тедж провела весь день и часть вечера, катая свою многочисленную родню по городу. Подробностей она не рассказывала – наверное, опять эти их таинственные делишки. За годы общения с кузеном Айвен привык, что ему морочат голову всяческими отговорками, хотя не сказать, чтобы его это радовало. Сообщение Раудсеппа о пойманных «охотниках за головами» заинтересовало Тедж. Она пообещала Айвену, что непременно поставит в известность своих, и почти тут же заснула – или прикинулась спящей. Но похоже, она и в самом деле жутко устала.
Айвен натянул брюки и, зевая, поплелся пить кофе. Тедж сидела в гостиной у комм-пульта и общалась с каким-то барраярцем – судя по всему, агентом торговой фирмы. На середине фразы она перешла на барраярский русский, и собеседник сразу сделался разговорчивее. И сговорчивее? Во всяком случае, когда Айвен вернулся в гостиную с чашкой горячего кофе, Тедж уже завершила переговоры.
Он кивнул на комм-пульт:
– Как ты догадалась, какой у этого типа родной язык? У него вполне городской выговор.
– Я могу это расслышать в голосе. А ты разве нет?
– Акцент, конечно, различить могу. Но на мой слух, он говорил как уроженец Форбарр-Султана.
– Не совсем так. Я еще не до конца разобралась в особенностях диалектов всех округов. Шестьдесят умножить на четыре, да еще вдобавок Южный Континент. Мне надо больше внимания уделить местной географии.
– Ты что, надеешься разобраться во всех диалектах?
Тедж пожала плечами:
– Это получится само собой, если пробуду здесь подольше.
– Тедж… – Он хотел было спросить про это «если пробуду», но не стал. – На скольких языках ты говоришь?
– Понятия не имею. С тех пор как приехала сюда – вроде бы на девяти?
– Это много.
– Не очень. Автопереводчики оперируют сотнями языков. Какой смысл учить языки заранее, если потом могут понадобиться совсем не те? Пока я сюда не попала, я про барраярский русский даже и не слышала. Или про ваш местный греческий диалект, довольно испорченный – то есть измененный. Заметь, я не употребила слово «мутировавший». Я хочу сказать, само по себе изучение языков – непрактичное хобби. Автопереводчики все равно справляются лучше. – Она невесело усмехнулась. – Впрочем, это забавно, я люблю развлечения.
– Забавно, – задумчиво повторил Айвен. Ему, стыдно признаться, на уроках языка в школе было совсем не забавно.
Из ванной вышла Риш, уже одетая.
– Тедж, ты заказала фургон и мощные колонки? Мы готовы ехать?
– Ага, сейчас. – Тедж вскочила и чмокнула Айвена в щеку.
– Куда это вы собрались?
– Драгоценности искали место, где бы порепетировать – они уже целую вечность не танцевали все вместе, – и Саймон нашел для нас этот миленький парк. В отеле такого просторного помещения нет. А я отвечаю за музыку.
– На улице? В такую погоду? – Айвен подошел к окну и с сомнением покачал головой. Зимнее солнце светит ярко, ветра нет, температура выше нуля, но все как-то странно…
– Сегодня прекрасный денек. А вот завтра погода уже испортится, так что мне пора… – И они с Риш сбежали, оставив его в одиночестве.
Пока Айвен жевал хлопья, его беспокойство все росло. Он побрился, оделся и с крайней неохотой набрал номер матери.
– Маман, ты не знаешь, какое место Саймон посоветовал Драгоценностям для репетиций? Какой-то общественный парк вроде бы? – Таких мест в Форбарр-Султане довольно много.
– Да, он говорил. Саймон пошел туда посмотреть репетицию. Ему полезно прогуляться. Я бы и сама с ним сходила, но сегодня у меня дипломатический обед во дворце, я должна замещать Лаису, она сейчас на конференции по экономике округа Форбарра.
– А где именно? Я про репетицию.
– Он предложил небольшой парк через улицу от здания СБ. Как ты понимаешь, это место обычно свободно. Там никого не бывает, кроме парней из штаб-квартиры, истосковавшихся по дневному свету, – любят посидеть там на солнышке в обеденный перерыв. Саймон уже давно включил лампы дневного света в список необходимых предметов на рабочем месте.
– Хм, спасибо… – Айвен помялся, но все же, прежде чем завершить разговор, решился спросить: – Маман… Саймон ничего тебе не рассказывал, что именно ему говорил Шив? Или что он сам сказал Шиву?
Улыбка леди Элис осталась неизменной, но у Айвена возникло впечатление, что теперь на него взирает бесстрастная маска дипломата.
– Он сказал, что они обменялись опытом. Меня это порадовало. Знаешь, мне понравились Удине и Мойра. Жизнь, полная приключений! Земля! А я никогда не летала дальше Комарры, – сказала она, вздохнув.
– Может, удастся уговорить Саймона куда-нибудь тебя свозить? – предложил Айвен. – Или тебе лучше самой проявить инициативу? Вытащить его из привычной обстановки. Ведь прошло уже почти пять лет с его отставки, и все имперские секреты у него в голове – или то, что от них осталось – давно устарели. Может быть, путешествие за пределы Империи теперь для него уже не опасно? Он об этом не подумывает?
Леди Элис задумалась.
