Судьба полностью

Мы решили, что после окончания трекинга вокруг Аннапурны мы отправимся в Национальный парк Читван в Покхаре, где поедем на сафари на слонах и понаблюдаем за птицами. Этот процесс заключается в том, что можно проехаться верхом на слоне по лесным тропкам парка, наблюдая за субтропическими птицами и дикими животными, такими как носорог. Можно сплавиться на длинных лодках типа каноэ вниз по реке и увидеть крокодилов и диких птиц. Для того чтобы перебраться оттуда в Катманду, мы поехали в ближайший аэропорт, но именно в тот момент повстанцы издали указ о проведении всеобщей забастовки. Даже автобусы перестали курсировать, и до аэропорта было невозможно добраться. Гид в срочном порядке разыскал джип, и мы поехали в аэропорт; с нами было еще несколько человек. На лобовом стекле красовалась табличка, где крупными буквами было написано Only tourist, которая сообщала, что в машине находятся только туристы. Пока мы ехали в аэропорт, на дорогах не было видно других машин, кроме автомобилей скорой помощи и военных грузовиков. Изредка попадались машины с такой же, как у нас, надписью Only tourist.

То тут, то там возле дороги были видны костры из деревьев и старых покрышек, и повсюду стояли люди, которые останавливали и проверяли проезжающие машины. Атмосфера была пугающей. Каждый раз, когда нам встречались «контролеры», водитель джипа каким-то образом объяснялся с ними, но, когда нам оставалось всего несколько десятков километров до аэропорта, он сказал, что дальше не поедет. В итоге гид привел нам рикшу*, у которого к велосипеду была прицеплена кабина для перевозки людей, и мы ехали еще целых два часа до аэропорта.

* Лоджи. 돗지］. Домик в горах для туристов.

* Рикша. 릭人샤 (Rickshaw). Распространенный вид транспорта в Юго-Восточной Азии, включая Индию и Бангладеш. Повозка, которую тянет человек, или коляска, которая прицеплена к индивидуальному транспорту.

Новость об импичменте* я узнал случайно, когда у нас с супругой было немного свободного времени в Катманду и мы прогуливались по местным рынкам и осматривали храмы. Покинув Голубой дом, я просто отдыхал и не интересовался новостями. Я принял такое решение с самого начала. Когда периодически связываешься с кем-либо по телефону или даже встречаешься с кем-то, то обязательно кто-нибудь да обратится к тебе с просьбой. Но те, кто меня о чем-то просил, тут же понимали, что меня сразу же нужно внести в список тех, кто не помогает. И даже когда я был в Непале, я не звонил никуда, даже в консульство, и не взял с собой телефон. Я уже давно не слышал никаких новостей из Кореи.

В отеле в Катманду каждое утро в качестве бесплатной услуги гостям раздавали газеты на английском языке. Я помню, что это была International Herald Tribune. Я завтракал, просматривая эту газету, но так как мои познания в английском были, в общем-то, неглубокими, то чаще всего я просто пробегался взглядом по заголовкам. И вдруг мне в глаза бросились напечатанные крупными буквами слова: South Korea President Roh («Президент Южной Кореи Но»). И после было написано слово impeached. Я не знал, что значит это слово. Прочитав внимательно статью, я смог предположить, что оппозиционная парламентская партия выдвинула на рассмотрение законопроект о проведении процедуры отстранения от должности президента Но Мухёна. Я был шокирован.

Но я не думал о том, что это серьезный кризис. Партия «Ханнара» начала говорить об импичменте, когда с момента инаугурации президента Но Мухёна не прошло и месяца. Незадолго до моего ухода лидер фракции Демократической партии в парламенте Чо Сунхён также говорил об импичменте. Это была политическая наступательная тактика, которая постоянно повторялась. И сейчас я думал, что это очередной акт политической агрессии. Я даже не думал, что дело действительно дойдет до реализации решения начать процесс импичмента. Однако я догадывался, что политическая ситуация в стране очень тяжелая, потому что даже если это всего лишь очередное политическое наступление, то в этот раз дело дошло до реального предложения о начале процедуры импичмента, хотя раньше все было только на словах. В такой ситуации было сложно просто продолжать путешествовать. Мы решили, что сначала ненадолго вернемся и оценим ситуацию, а затем снова отправимся в путешествие. Между Катманду и Сеулом тогда еще не было прямых рейсов, поэтому нам пришлось лететь с пересадками в Бангкоке и Гонконге. Мы провели несколько часов в аэропорту Бангкока в ожидании пересадки, и в это время я заметил англоязычную газету Bangkok Post, на первой полосе которой была статья про импичмент.