Честно говоря, довести до истощения подобного субъекта — дело небыстрое. Размерами Сашкин отец превосходил самого Сашку, и думаю, даже если можно было полностью лишить его пищи на пару месяцев, вряд ли он помер бы с голоду. Зато вполне мог превратиться из гигантской «гориллы» в человека.
Меня всегда удивляло, как у такого неотёсанного, твердолобого мужика мог получиться умный и чуткий Сашка. Маму приятеля я, к сожалению, не знала — она покинула этот мир ещё до того, как Сашка стал моим соседом, но подозреваю, всё лучшее в нём — от неё. А вот с «приматом» встречаться доводилось, и радовало только то, что встречи эти были редки. Хотя, справедливости ради следует заметить, что при всей своей бестактности, Сашкин отец был не самым плохим вариантом, видали мы экземпляры и похуже… К тому же, будучи вовремя накормленным, становился безобидным и незлым. Да и вообще, как говорится, родителей не выбирают, и не всем с ними так повезло, как мне. Анекдот «гармоничная семья ищет урода» как раз про нашу семью.
Хотя… может, и искать никого не надо? Может, я и есть тот «урод»? Вечно у меня всё через задницу…
— А жена твоя и подавно заморыш. Куда ей голодать? И так пощупать не за что, так ещё и клюёт как воробей, — меж тем продолжала вещать «мечта диетолога», оживившись при виде еды. — Нормально жрать надо, нормально! Большому куску рот радуется.
— Папа, перестань, — не выдержал Сашка. — Не трогай моих девчонок. И вообще, нам всем как-то не до радости. У нас тут, если помнишь, несчастье произошло.
— И что с того? — опешил Веселовский-старший, не донеся рюмку до рта. — Да эта убитая баба нам никто! Не хватало ещё по каждому незнакомому трупу париться! Сидите тут с кислыми рожами… тьфу, смотреть тошно.
— Папа, ты что, в самом деле, не понимаешь? — расстроенно произнёс Сашка. — Погиб человек, мой друг подозревается в убийстве…
— А это ты, сынок, сам виноват. Друзей надо с умом выбирать, — папа назидательно помахал в воздухе сарделькообразным пальцем. — А коли водишь дружбу с убийцей, так и нечего пенять! Он, гад, тебе свадьбу испортил, а ты за него глотку дерёшь. Плюнь и разотри.
— Дима не убийца! — встряла я.
— Во, ещё одна заступница выискалась! Видать, забыла уже, как он ей камни в рожу кидал! Какие ж вы, молодёжь, дурачьё зелёное… Раз власть решила, что убийца, стало быть, так оно и есть. Убийца! — припечатал папа и смачно сплюнул.
Ел Сашкин отец быстро и много, и несмотря на разговоры, за то короткое время, что мы провели за столом, успел поглотить невероятное количество пищи. После чего его неудержимо потянуло в сон, и он к всеобщему облегчению отправился на боковую. Галкина мама тоже вскоре ушла, сославшись на плохое самочувствие, за столом остались «все те же и Мефистофель»: Сашка с Галкой, Лика с Андреем, Олег с Машунькой, и мы с Магистром.
После ухода родителей тема убийства возобновилась, но не сразу. Поначалу все хранили молчанье, вопросительно поглядывая на меня, будто именно мне надлежало вынести вердикт.
— Вы как хотите, а я не верю, что её Димка убил, — буркнула я, коль уж народ чего-то от меня ждёт.
— Рит, но ты же сама намекала, что его присутствие может закончиться чем-то подобным… — осторожно заметил Сашка.
— Я намекала?! — возмутилась я. — Да нет, Сашенька, я не намекала, я прямо говорила, что мы с ним проблем не оберёмся!
Сашка непонимающе заморгал. Что-то ты, друг мой, совсем после женитьбы тормозить стал!
— Рит, — поддержал Олег, — тебе не кажется, что ты действительно себе противоречишь?
После того как выявился подозреваемый, и мне временно перестало угрожать заключение, приятель расслабился и вновь обрёл привычное спокойствие. Сейчас он с видимым удовольствием покуривал сигару и потягивал коньяк.
Я окинула взглядом присутствующих и поняла, что и в этих стенах незавидная Димкина участь по-настоящему волнует немногих, вернее, только двоих: меня и Сашку. Причём, последний, кажется, сильно сомневается в его невиновности. Я и сама сомневаюсь, но…
— Рита, ну что ты молчишь? — нетерпеливо спросила Лика. — Мы с Андреем знаем Диму давно, и то, во что он превратился в последнее время… Действительно, достаточно ночку вспомнить, когда он угрожал гранату кинуть. Тебе, между прочим, угрожал! Не знаю, лично я допускаю, что он вполне мог застрелить эту женщину.
— Я не молчу, — обиженно сказала я. — Я думаю, как вам лучше объяснить, почему я считаю иначе. И я не противоречу себе, Олег, — повернулась я к приятелю. — Я признаю, что мы ещё легко отделались — одним трупом. Там, где появляется Димка, может произойти что угодно: взрыв, пожар, наводнение, кровавое побоище. Он мог поубивать половину мужиков на этой свадьбе, или уж по меньшей мере покалечить. Но я никогда не поверю, что он сознательно выстрелил в безоружную женщину! Я ясно излагаю?
— Предельно, — откликнулся муж моей тёти — Андрей. — Наша девочка по-прежнему верит в благородство. Со всем, свойственным ей идеализмом.
