Судьба гнева и пламени полностью

– Признаюсь, я боялась покидать родной дом, чтобы приехать сюда. Но сейчас я обрела среди них жизнь. Ибарис же никогда не пытался понять их или принять за все столетия после Великого Разлома. Эти люди рождены от той же эльфийской крови, что течет в ваших венах, и тем не менее вы назвали их демонами и изгнали со своих земель.

Кожу покалывает. Я правильно поняла? Она сказала эльфийской?

То есть, по ее словам, меня окружают не люди, а эльфы?

Что принцесса Ромерия не человек?

Вэнделин, кажется, не замечает, как меня шокируют ее слова.

– Когда я увидела вас с королем, насколько вы были близки, я надеялась… – Вэнделин замолкает.

Она надеялась, что мы по-настоящему влюблены, что наш брак положит конец раздорам между двумя королевствами и народами, как надеялась и Анника.

Эльфы.

– Смертные жители Илора научились сосуществовать с Нетленными, и, хотя разлад существует и поныне, корона добилась многих успехов. – Вэнделин задумчиво прикусывает нижнюю губу. – Если бы вы открыли свои сердце и разум, то увидели бы, что они не те варвары, которыми нас учили их видеть. На самом деле, если постараться, вы можете обнаружить некое родство с ними.

Эльфы, черт подери.

Нетленные.

Я заставляю себя продолжить разговор, однако все мысли вертятся вокруг новых сведений.

– Искать родство из тюремной камеры, под постоянной угрозой смерти?

Заклинательница колеблется, затем, понизив голос, говорит:

– Каким-то образом вы убили дэйнара. На данный момент вы единственная во всем Илоре, кто способен это сделать.

«Люди, как правило, дольше сохраняют в живых тех, кто представляет для них ценность», – эхом отдаются в моей голове слова Софи.

– Живая я полезнее для короля, чем мертвая.

Вэнделин подтверждает это понимающим взглядом.

– Ищите в этом утешение.

Она снова собирает свои вещи.

– Спасибо. За все. Вы были добры ко мне.

Вэнделин поджимает губы.

– Я верю, что в скором времени вы обретете некоторую свободу, ведь вы уже почти исцелились. Но, когда это произойдет, не ожидайте, что найдете союзников в этих стенах.

– Верно. – Не очень тонкий намек никому не доверять. Возможно, даже ей.

– И, Ромерия? – Она останавливается на пороге будуара. Вэнделин впервые обращается ко мне по имени. – Имейте в виду, что король всегда на шаг впереди вас и внимательно слушает.

В последний раз бросив тяжелый взгляд, она уходит.

Этой ночью я ворочаюсь во сне. Зловоние мази Вэнделин наполняет ноздри, и ее жгучий запах проникает в раны, пока эльфы и демоны терзают мои сны.

Однако я чувствую, как высокая царственная фигура нависает надо мной и будит меня своим вздохом. Я обыскиваю темные углы покоев, но они пусты.

И все же еще долго после того, как мои глаза закрываются, я ощущаю рядом тень короля.

Я просыпаюсь от стука в дверь. Через секунду врывается Коррин.

– Вы заболели? – В ее тоне нет ни намека на беспокойство.

– Просто плохо спала, – хрипло говорю я.

Я смотрю, как Коррин ставит поднос с едой на стол в углу. Кто она? Думаю, что не заклинательница, как Вэнделин. Она кажется человеком, как и все остальные, с кем я сталкивалась, но теперь я знаю, что некоторые из них эльфы.

Варвары, что бы это ни значило. Характер у Коррин не слишком приятный, но я бы не назвала ее варваром.

Я прочитала бесчисленное количество историй и посмотрела множество фильмов о фантастических существах, достаточно, чтобы это слово породило множество идей, за обдумыванием которых можно было засидеться до поздней ночи. Размышляла обо всем: от острых физических черт и неестественно долгой жизни до высокомерия, злобных манипуляций, сверхъестественной скорости и силы взаимодействия с природой. Однако мне сложно адаптировать эти сказки в факты. Вэнделин называла их Нетленными, но они также считали принцессу Ромерию мертвой, так что бессмертие не означает неубиваемость. И пока я не заметила ни у кого из них каких-либо странных особенностей. Все кажутся обычными людьми.

Все, включая меня.

Разве я не должна быть эльфом?

Но нет, я – человек. Это тело, лицо, мои мысли… Они человеческие. И так было всегда. Так как же мне отличить всех остальных? И как Вэнделин до сих пор не узнала, кто я такая? Она исцеляла меня в течение нескольких недель. Ее магия определенно должна была заметить разницу между видами.

Если только…

Мимолетная мысль о том, что тело, в котором я нахожусь, не мое, а на самом деле принадлежит воскресшей принцессе Ромерии, снова проносится в моих мыслях. Это единственное правдоподобное объяснение.

– Король просил у вас аудиенции. – Коррин ставит кружку с питьевой водой мне на тумбочку и останавливается, чтобы понюхать воздух, после чего морщится. – Вы не принимали ванну прошлым вечером?

– Вэнделин велела не смывать мазь, – рассеянно объясняю я.

Зандер хочет аудиенции? Он был непреклонен, когда говорил, что больше никогда не хочет меня видеть. Почему сейчас?