Фею хватает намёка. В следующую секунду я оказываюсь прижата к горячему телу, уложена головой на его плечо и с ногами, зажатыми между чужих лодыжек.
— Блин, правда ледяная. Вот, а ещё вечно споришь, когда я тебя Ариэль зову.
— Что думаешь, русалочка зря принца себе среди людей приглядела? — потеревшиись не менее холодным носом о шею кошака, взамен уточняю я. — Чтобы греться об него, точно тебе говорю.
Котов усмехается, прижимая к себе плотнее.
— Ну, принц из меня, конечно, так себе…
— Вот давай Ариэль сама решать будет, кто принц, а кто там, русал залётный, ладно?
Ещё один смешок касается волос, перейдя в поцелуй:
— Спи, принцесса подводная.
— Не подводная, а морская, между прочим!
— Конечно-конечно, всё что пожелает Ваше Высочество.
Засыпаю я с совершенно дурацкой улыбкой на губах, на плече своего личного принца Эрика. Неплохое начало для сказки, как по мне…
— Горько! Горько! Горько! Один! Два! Три!..
— Ох, ну сколько можно, а? — издав тихий стон, утыкаюсь я лицом в плечо Фея.
Впрочем, утыкаюсь — слишком громко сказано, потому как на лице сейчас столько косметики, что самой страшно, а испачкать тёмно-серую ткань жилета последнее, чего хотелось бы.
— Терпи, мы сами на это подписались, — не менее обречённо вздыхает любимый, целуя меня в макушку, с трудом отыскав ту в переплетении накрученных и затейливо уложенных прядей.
— Кто, если не мы, — подтверждаю, сделав глубокий вдох и приняв более приличествующее свидетельнице положение. — Зато теперь точно знаю, что вот этого всего, — палец украдкой указывает в сторону танцпола, — даром не нужно. Никакой свадьбы, нафиг-нафиг! Расписались по-быстрому, посидели пару часов с десятком самых близких в кафе и вперёд, к белому песочку и бирюзовому морю.
— А как же белое платье? Эй, я хочу платье! — выслушав, возмущается котофей.
— Окей, купим тебе платье, — покладисто соглашаюсь я, собираясь добавить, что сама, в таком случае, буду в чём-нибудь более удобном. По крайней мере, чем мой сегодняшний наряд, который не предусматривает ни бюстгальтера, ни бретелей, держится исключительно на моей невеликой груди и периодически делает попытки сбежать. Но в голову приходит куда более интересная мысль. — Стоп, а кто сказал, что я замуж за тебя буду выходить, м?
Янтарные глаза привычно щурятся:
— А что, есть другие кандидатуры?
— Ммм, — я задумчиво закусываю губу, с которой давно стёрся, не без Феевого участия, кстати, весь блеск. — Нет, вообще-то. Но, если мне не изменяет память, ты меня тоже туда не звал…
— А ты хочешь?
— Я? За тебя? — я отстраняюсь и демонстративно одариваю его долгим взглядом. Естественно, хочу! — Конечно, нет. Вот мне нужен такой муж, ага.
— Ну, не хочешь — как хочешь, — легкомысленно пожимает он плечами и тянет меня обратно в зал.
Эй, а поуговаривать? Или, хотя бы, возмутиться? Блин, Фей…
Свадьба идёт своим чередом, со знакомыми каждому традициями, вроде утащенной туфельки (Лиза успевает так натереть ноги, что просит ни в коем случае не «выкупать» гадкую колодку, а обувает заранее приготовленные балетки), похищенного жениха (Нику и Арсену мы с Феем обещаем отомстить, но танцевать под «Стоп» Сэм Браун всё равно приходится) и сбора средств на мальчика и девочку (тут уж мы безбожно тасуем результаты, позже сообщив о необходимости постараться над двойней).
К знаменательному моменту метания букета я устаю так, что больше всего мечтаю тихо отсидеться где-нибудь в уголке. И выдыхаю облегчённо, когда начать решают с подвязки.
Я всегда знала, что подруга у меня красивая, но красота эта яркая, эффектная, бросающаяся в глаза. Сейчас же, благодаря стараниям двух мастеров, она похожа на сказочную принцессу, хрупкую и нежную настолько, что даже бесчувственная я временами начинаю смахивать слёзы с глаз.
Вот и сейчас она выходит в центр зала в окружении вороха белых кружев, с сияющей в пепельных локонах диадемой, идеальная от и до. Но вместо того, чтобы почувствовать зависть, я испытываю лишь гордость за неё.
Ну, и желание рассмеяться, когда Лиза нарочито невинно опускает глазки в пол, одновременно начиная поднимать подол платья и обнажая поставленную на стул ногу. Такая себе пансионерка, краснеющая от одной только мысли, что мужчина увидит её лодыжку. Нужно будет сообщить позже, что ей в актрисы идти нужно было, а не в юристы. Тем более что мужа, справившегося со снятием подвязки без рук, целует она отнюдь не целомудренно.
Но Фей-то куда понёсся в толпу холостых мужчин, а? После разговора о замужестве, шиш ему с маслом, а не кружевную безделицу! Подошедшая Бэт в ответ на моё бухтение звонко хохочет и сетует, что не попросила Лёню бросать именно в сторону Котова. Правда альтернативу кинуть стулом почему-то не поддерживает.
