— Почему ты не носишь очки?
— Потому что линзы удобнее.
— Что?
— Что — что? — непонимающе переспрашивает он.
— У тебя плохое зрение? — не то, чтобы я так уж часто смотрела Фею в глаза, но линзы не замечала ни разу.
— Нормальное у меня зрение. А хочется, чтобы было идеальное.
Вот так и разрушаются мифы. Идеальный мальчик-ботанчик хоть в чём-то неидеален. Аллилуйя, товарищи.
— Так, пошли.
— Не пошли, а пойдём, — машинально исправляю я. — Куда?
— Трахаться, — и пока мои глаза округляются, продолжает, — с твоим ноутбуком. У меня Каспер на флешке, в спальне, попробую им удалить.
Что дружелюбное привидение делает на флешке, решаю не переспрашивать. И послушно топаю вслед за ним в упыриное логово. Но очки бы ему пошли, точно вам говорю.
В коем-то веке появляется возможность нормально рассмотреть комнату Котова и, воспользовавшись ею, остаюсь несколько разочарована. Ни тебе гроба на колёсиках, ни паутины по углам. Даже захудалой летучей мыши на карнизе, и той нет.
Зато есть пушистый ковёр на полу, куда мне «любезно» предлагают присесть, пока сам хозяин, откопав в ящике стола флешку и поставив загружаться собственный комп, усаживается на кровать. Спасибо, конечно, но меня вполне устроит кожаное кресло.
Котов по-прежнему в джинсах и рубашке, разве что расстегнул пару пуговиц у ворота и закатал рукава, а вот я, в халате на ладонь выше колена, отчего-то чувствую себя неуютно. И это притом, что на прошлой неделе запросто разгуливала перед ним в шортах куда короче, а на время уборки и вовсе меняла широкую футболку на спортивный топ, прикрывавший только грудь.
— Крис, ты хоть когда порнушку качаешь, пользуйся проверенными сайтами, а? — Фей уже не в первый раз запускает руку в волосы, отчего те успевают приобрести вид вороньего гнезда.
В комнате вот уже минут пятнадцать как царит тишина, прерываемая лишь редким непонятным бормотанием хакера доморощенного да скрипом кресла, на котором я от скуки играю в карусель. Так что вопрос застаёт врасплох, едва не заставив навернуться.
— Эй, по себе людей не судят!
— А серьёзно, где эту гадость зацепила? Хоть зубами грызи.
Я нервно хихикаю, представив вгрызающегося в ноутбук Котова, но признаюсь:
— Реферат скачала.
— Ага, жажда знаний — она такая. Какой предмет?
— Коммерческое, — не знаю, с чего бы я такая покладистая, но, с другой стороны, не стоит язвить тому, кто пытается тебе помочь. Хотя бы до тех пор, пока сама помощь не оказана…
— На рабочем столе папка хэ-зэ, — поднимая на меня взгляд и кивая в сторону компьютера, говорит вдруг он. — Открой. Да открывай, нет там ничего, что ты нафантазировала.
Подарив кошаку многозначительный взгляд (откуда ему вообще знать, о чём я фантазирую?), я всё же разворачиваюсь к монитору и тянусь к мышке. Ну, в самом деле, не будет же там тысячи фото, подобных тому, что на баннере, да?
В папке обнаруживаются ещё две — «да» и «нет». И что за Матрица?
— Выбирай «нет» и нужный предмет.
Ага… Ого!
— Это что? — клацая на коммерческое, уточняю я догадку.
— «Рыбы» для курсовых. Всё, ищи нужную тему и не отвлекай.
И я послушно не отвлекаю, хотя не слишком понимаю, какая муха доброты его укусила. И ноутбук починить вызвался, и с данными помочь решил. При всём при том, что домой Котов явился злой, как стая собак. О, оксюморон — кошак злой, как собака. Хм…
Конец вечера оказывается таким же замечательным, как и его начало. Любимого компьютерного друга возвращают в излеченном состоянии, наказав не лазить больше по сомнительным сайтам, сообщение готово и даже распечатано на спрятавшемся за шторой принтере, а хозяин комнаты обращается ко мне исключительно по делу, обходясь без колкостей. И вроде всё так хорошо, но…
Неделя. Одна чёртова неделя, а я уже привыкаю к тому, что может быть вот так. Эти совместные завтраки и ужины, то, как он наливает мне чай, называя его сеном и как помогает, хотя его никто об этом не просил. А ещё он почти всё время в моих мыслях, даже если не присутствует в этот момент рядом. И неважно, что лишь процентов десять этих мыслей не содержат нецензурщины или, как минимум, желания познакомить его поближе с бейсбольной битой.
Я знаю, что ты делаешь, Котов.
Пожалуйста, прекрати…
Глаза в глаза. В комнате кромешная темнота, но я всё отчего-то уверена, что Фей смотрит мне прямо в глаза. И от этого взгляда, от одного только взгляда всё внутри плавится. А когда он ложится рядом, вытягиваясь на кровати, и вовсе сносит башню.
Кружится голова, совсем как тогда, в клубе, хотя сейчас во мне нет ни одного из трёх коктейлей, названия которых сейчас и не вспомнить. Да, чёрт, сейчас собственное имя вспоминается с трудом. И словно в ответ на мысли:
— Кри-ис…
— Заткнись, — прошу я шёпотом.
Пожалуйста, заткнись. Потому что сейчас я не хочу помнить кто ты и, кто я. Потому что даже если мы в одной постели, это не отменяет того факта, что я всё ещё ненавижу тебя, больше кого бы то ни было. Заткнись и поцелуй…
