— Ты можешь засунуть это предписание, куда себе захочешь. — Перебил аббата фон Бурк. — Я подчиняюсь только Папе и своему Великому магистру. Климента 5 здесь нет, чтобы подтвердить твои слова. А я, имею приказ Жака де Моле. Поэтому лучше уйди с моей дороги и не мельтеши под ногами. Места здесь дикие и навряд-ли кто-нибудь будет вдаваться в подробности, при каких обстоятельствах произошел несчастный случай с заблудившемся в диком лесу через-чур ретивом аббате.
Ни один мускул не дрогнул на лице аббата Жерве. Он все так же мило улыбался, выслушивая угрозы Танкреда фон Бурка в свой адрес. Выслушав все до конца, он с достоинством кивнул головой.
— Я не забуду этого разговора.
Дверь открылась и в зал, где заседал городской совет во главе с князем Давидам вошел вихрастый отрок лет 13 не больше. Оглядев всех присутствующих мужей робким взглядом, он прокашлялся в кулак и постарался придать себе бравый вид.
— Меня это, дядька Богуш послал. Велел передать, что войско ордена теперь уже точно, по наши души идет.
— Тебя как звать, отрок? — Давид улыбнувшись, поднялся со своего места и подошел к парню.
— Микулой кличут. Я сын Семена Кожемяки. — Подбоченился парень.
— Богуш еще что-нибудь просил передать?
— Не-е. Только это.
— А ты сам это войско видел?
— Конечно. — Кивнул он своим вихрастым чубом. — Я аккурат рядом с дядькой Богушем был, когда они мимо нас шли.
— И много их шло?
— Много. — Снова кивнул Микула. — Дядька Богуш только верховых, почитай под пять сотен насчитал. А там еще пешие маршировали, с копьями такими длинными. За поворотом дороги и конца не усмотреть.
— Ну что же, спасибо тебе Микула, сын Семена Кожемяки за службу верную. А теперь иди на кухню, скажи, что я накормить велел. Ну, а после выспись хорошенько.
— Некогда нам спать. — Парень степенно развернулся к выходу из зала. — Враг на город идет. Вот набьем им морду, тогда и отоспимся.
Отроческие дружины издавна были на Руси. Давид сам в свое время постигал военную науку именно в такой дружине. Как впрочем, и основная масса дружинников. Дружинники плохо разбирались в ремеслах и сельском хозяйстве, их ремесло война. По сути, они являлись военной элитой из элит. Грозная сила профессиональных воинов, способных противостоять любому противнику.
Обычно, отроческие дружины привлекались к военным действиям в очень редких случаях. Но здесь и сейчас, Давид был вынужден вместо учебы, привлечь мальчишек к несению службы. Князь терпел нужду во всем, куда ни посмотри. Не хватало денежных средств. Не хватало стройматериалов на укрепление стен и строительство домов. Не хватало скотины и продовольствия. Не хватало людей. А самое главное, не хватало времени. Орден не позволял расслабиться ни на минуту.
— Что-то рановато они нонеча в поход выправились. Ведь только-только урожай собрали. — Почесал свою бороду, выбранный народом городской головой, боярин Грунята. С виду вполне степенный человек, знающий себе цену. — Раньше-то все более, вначале зимы припирались.
— Скорее всего, виной тому неурожайный год. — Выдвинул свое предположение Лютовер. Представлявший в своем лице осевших в городе Пруссов. — Вот они и прутся за хлебом. Орденская братия прожорливая. Любят хорошо покушать, а на нужды других им плевать.
— Откуда тебе о неурожае известно? — Прищурился Улеб.
— Ты смеешься? Чтобы я да не знал, что у меня на родине творится.
Забегая вперед скажу. Что в начале столетия. Из-за изменения климата и изменения устоявшихся терминов посевной. Не только по всей Европе, а по всему миру. В летописях всех стран, описывают неурожайные года приведшие население к голоду. Вследствие чего появилось такое название, как хлебная война. Главной добычей таких войн были не золото и драгоценности. Ни земельное расширение владений, а зерно.
Так же, из-за изменения климата помимо голода. В Европу из Китая придет и другая беда. Она унесет в могилу более трети населения всех стран. Этой бедой, будет ранее неизвестная болезнь, получившая название легочной чумы. Мор уже начал уничтожать жителей Поднебесной. Потом неторопливой мерной поступью пройдет по Азии. И достигнет Европы в середине столетия.
— Что, сейчас начнем гадать о причинах. Чего это орден в поход пошел? Или все же лучше подумаем. Как эту угрозу от города отвести? — Посмотрел на сидевших в зале Давид.
— А что тут думать. — Снова стал чесать бороду Грунята. — Детей с бабами и добро в крепость. А сами на стены. Не впервой, отобьемся.
— А ежели в облогу возьмут? — Засуетился представитель купечества Улеб. — С таким количеством народу, долго в крепости не насидишь. С голодухи сдохнешь. Князь. Надо к Витеню гонца слать. Чтобы значит, он с помощью к нам поспешал.
— Да какая облога? — Махнул на Улеба рукой Лютовер. — Городская стена еще до ума не доведена. Тронь посильней, сама развалится.
— Так что, опять пожгут ироды проклятые? — Закачал головой купец. — Я же только дом поставил.
— Не ты один. — Прервал причитания Улеба Грунята.
