- Ну почему же сыт? Я очень даже голоден до драки.
- Доставай меч, и я твой голод утолю.
С широкой улыбкой Торей перепрыгнул через частокол и обнажил свой клинок. Его противник приближался к нему с мечом в одной руке. По пути вырвал из рук одного из своих шестерок второй меч и стал водить им как точильным камнем по лезвию. Попытка запугать была не плоха, но Торей был в себе уверен не просто так. Лишь криво улыбнувшись он потянул второй рукой кинжал из-за пояса. Здоровяк двинулся на Торея раскручивая классическую «мельницу». Торей был максимально сосредоточен и ясно мыслил. Два меча имеют преимущество перед мечом и кинжалом в длине. А значит бой на дистанции выиграть было бы проще при одинаковом мастерстве противников. Вот только они небыли на одном уровне. Перетекая из одной стороны в другую и смещая корпус в последний момент, Торей ловко увернулся от первого меча, а затем от второго. Спустя миг он стоял так близко к своему противнику, что почти касался носом его подбородка. Лезвие кинжала вошло в правое бедро противника и следом он ударил его лбом в челюсть. Здоровяк отшатнулся и потерял равновесие. Подвывая и скалясь ему удалось подняться. Торей неторопливо обходил его по кругу со стороны повреждённой ноги.
- Один раз тебе повезло, второго не будет.
Торей видел по глазам оппонента, что тот уже понял, как всё закончится и всеми правдами и не правдами пытался изменить ход событий. Провокация не удалась, Торей берёг дыхание и улучив момент атаковал повторно. Парировав один меч кинжалом и поднырнув под второй, он проскочил мимо, перерубив сухожилие на тыльной стороне ноги бугая. Он вновь упал и после неудачной попытки подняться завалился набок.
- Всё всё я сдаюсь.
- Сдайся ты сразу я бы согласился. Но мы в глубоком лесу и тащить раненого на себе до города я не намерен.
Осознание услышанного придало сил на последний удар и раненый совершил отчаянный рубящий удар. Торей молниеносным броском отрубил руку с клинком и пришпилил голову главаря к сырой земле кинжалом. Осмотревшись по сторонам, он увидел в глазах разбойников именно то, что ожидал - страх. Но было рано расслабляться, как учил инструктор упавшего врага - надо добивать!
- Перед вами элита имперского войска, я один могу вас всех перебить. И таких как я, здесь ещё сорок. Уже завтра те из вас кто сдадутся, предстанут перед честным судом претора. А те из вас кто думает оказать сопротивление... давайте, головы везти в город будет легче.
После этих слов во взглядах разбойников поселилась обречённость, сломленный враг уже не опасен. Менее чем за час в лагере собрали всё ценное, а разбойники были связаны. Весь груз навьючили на пленников, таким образом они и направились к стоянке лошадей, а после в деревню.
По пути Торею было о чём подумать. Повстречать разбойников ещё до того, как они доехали до деревни это конечно удача. Но почему их не обнаружил ранее, отряд засевший в деревне? На вскидку расстояние от убежища разбойников до деревни не более трёх часов. Халатность? не думаю, тут что-то ещё... разбираться на месте? Деревенские и так уже натерпелись. Тащить всех в город и замучить их рапортами? долго, нудно и главное не факт, что сработает. За неделю они уже могли всё отрепетировать и показания вряд ли будут расходиться. Сегодня удача благоволит мне, но полагаться только на неё я не намерен, будем хитрее...
Когда пленники и их конвоиры доплелись-таки до деревни их взору предстала не просто маленькая деревня, а малюсенькая деревенька. В груди у Торея йокнуло и на мгновение он погрузился в ностальгию. Тряхнув головой, он повёл коня к самому большому дому, возле него в аккурат было больше всего свободного места. Деревенские очень робко выглядывали из домов и жались к стенам, а солдаты вышли навстречу. Опять-таки солдаты в них только угадывались, форму кто снял частично, а кто и полностью. Они щеголяли кто в рубашках явно с чужого плеча, а кто и вовсе с голым торсом. Сидя в седле Торей оглядывал народ вокруг поверх голов и неожиданно увидел знакомое лицо. К нему расталкивая солдат приблизился один из переживших Кастузскую мясорубку.
- Какие люди к нам пожаловали. Я думал с тех пор как Каромал сменил форму на дворцовое платье, ты от его юбки не отходишь.
- Единственная юбка от которой меня хрен оттащишь, это задранная юбка твоей матери Малахиль.
- Ах ты пёс! Да я тебя сгною в ...
- Достаточно! Где сержант Брут?
Командирским голосом он не только оборвал на полуслове Малахиля, но и заставил услышать себя даже в самых дальних домах деревеньки.
- Здесь я, кто спрашивает.
Крупный мужчина с голым торсом и множеством шрамов на теле и на лице вышел из самого большого дома. Он производил впечатление опасного зверя и явно был закалён в боях. Достав из нагрудного кармана бумагу Торей заговорил так, чтобы его слышали все.